В истории российской науки закончилась эпоха ФАНО, продолжавшаяся почти пять лет. В различных интервью можно услышать самые хвалебные (будем надеяться, что искренние) отзывы в адрес ФАНО, как правило, от руководителей учреждений. А я хочу высказать свои впечатления о времени ФАНО с позиций простого научного сотрудника.

Впечатление 1-е. Тренировка на послушность

Одна из первых инициатив ФАНО (вроде и выходящая за рамки хозяйственной деятельности) — реорганизация учреждений-институтов в форме объединения в ФИЦ, НИЦ и т. д. Это уменьшение числа юридических лиц проходило без особого разбора: присоединение идет к научному лидеру или просто к административному центру. А рассуждения о том, что в одну кучу сваливают физиков, филологов и животноводов, уже навязли в зубах. При этом послушность руководителей объединяемых институтов щедро вознаграждалась: отмена возрастного ценза со всеми вытекающими, отмена оценки результативности, приравнивание к 1-й группе по результативности при начислении дополнительного финансирования и другие бонусы для тех, кто с пониманием отнесся к пожеланиям ФАНО вопреки интересам многодесятилетней истории институтов-лидеров своей отрасли (и просто лидеров). В том же стиле в соответствии с принципом «как наверху, так и внизу» прошла и эпопея профанирования повышения зарплат научным сотрудникам. Директора «давили на психику» нерадивым сотрудникам, за которыми водились недоработки или работа на стороне, и те послушно писали заявления о переводе на неполный рабочий день (сначала на 1-й квартал, а затем и до конца года). План по «полставочникам» даже был перевыполнен.

И всем хорошо: не очень передовые ученые работают на полставки, а получают полную, да еще с приплатой; ФАНО сумело поднять зарплаты ученым до нужных 200% от средней по региону. А у кого реально поднялись эти зарплаты — у стахановцев или лодырей — какая разница? Формально всё выполнено, да еще и выработан павловский рефлекс: послушному — двойную зарплату!

Впечатление 2-е. Управлять наукой — не дело ученых

Одним из главных постулатов ФАНО как чиновничьей организации стало положение о том, что руководство институтами и их внутренними подразделениями НЕ должно осуществляться учеными — лидерами в своих областях науки. Конечно, любой психоаналитик найдет здесь неглубоко запрятанную идею о всемогуществе чиновников, о том, что именно они знают, как наилучшим образом поднять российскую науку (хотя, не будучи представителями научной среды, имеют весьма туманные представления о науке). Отсюда пошло губительное для науки разделение на научных работников и научных сотрудников. Раньше, в советские времена, заведующими лабораториями становились лидеры научных направлений, теперь они объявлялись не учеными, а эффективными менеджерами. Неясно, правда, было, каков у этих менеджеров функционал, кроме подписания заявлений на отпуск и табелей. Сотрудники уже четверть века имеют возможность сами подавать на гранты в тот же РФФИ и быть относительно самостоятельными, хотя представление сотрудника на повышение в должности всё еще зависит от заведующего. Заведующие уже с гордостью стали заявлять, что не обязаны быть учеными и соответствовать высоким показателям (хирши, цитирования, публикации WoS…). Но тут выяснилось, что дополнительное финансирование и повышение зарплат касается только научных сотрудников, что стало также и больной темой для Профсоюза РАН. Решение нашлось очень быстро. Эффективные менеджеры остались на полставки завлабами, а на полставки стали сотрудниками, и всё осталось при них — и власть над сотрудником, и повышенная зарплата. При этом осуществилась следующая парадоксальная логическая цепочка: заведующие не должны были быть учеными, но когда из заведующих стали на полставки переходить в сотрудники, тут уж они не могли стать ниже, чем главными (ну, на худой конец, ведущими) научными сотрудниками, несмотря на свои скромные научные показатели. Тут даже была задействована специальная конкурсная технология. Чтобы желаемый дирекцией соискатель победил в конкурсе, в конкурсном объявлении на замещение должности указываются именно его скромные результаты научной деятельности. Вы же, будь хоть нобелевский лауреат, не сможете победить, и вам комиссия поставит 0 (ноль) за научную работу. Гарантом этого является открытое голосование под присмотром директора института; он поднимет руку «за» — и все члены конкурсной комиссии поднимут «за». Ведь в составе конкурсной комиссии тоже не бог весть какие научные звезды, но уж точно нет камикадзе… Следует отметить, что такая технология работает уже не первый год и дала свои плоды: все главные и ведущие (за единичными исключениями) находятся на дне рейтинговой таблицы института (благо, подсчет ПРНД еще остался в силе), а в первой десятке стабильно находятся «загнобленные» старшие и просто научные сотрудники. Как же эти тренды могут соответствовать намерениям национального проекта «Наука»?

Таким образом, ФАНО открыло зеленый коридор в науку, говоря политкорректно, случайным людям. Мне представляется, что из той же области инициатива ФАНО по созданию кадрового резерва руководителей; это будет что-то вроде кальки с советской номенклатуры. Попал туда, неважно, какими путями, — быть тебе всегда начальником, не попал в лист — сиди в рядовых, будь хоть семи пядей во лбу…

Впечатление 3-е. Без внутренних оптимизаций

Добившись реорганизаций в основном региональных институтов в различные центры, ФАНО успокоилось и не стало смотреть, а что же там получилось внутри. Почему так много эффективных менеджеров, и не является ли вообще наличие должностей заведующих атавизмом советских времен? Сейчас сотрудники работают по госзаданиям, утвержденным на 4–5 лет и возглавляемым руководителями базовых проектов. Но таких должностей нет, это просто общественная нагрузка. Вот здесь следовало бы навести оптимизацию. Например, надо мной сейчас находится семь иерархических ступеней начальников: завлаб, завотделом, руководитель базового проекта, замдиректоры обособленного подразделения, директор обособленного подразделения, замдиректоры ФИЦ, директор ФИЦ. А достаточно было бы и трех… а все эти завлабораториями и завотделами — явно избыточные звенья.

Впечатление 4-е. О недопустимости дарения и принятия подарков

Такой приказ, разосланный в организации ФАНО, висит на доске объявлений. Этот шаг, видимо, был предпринят для борьбы с коррупцией. На практике не так просто поймать за руку дарящих… Я уже десять лет предлагаю более наглядный и эффективный показатель наличия коррупции. Это стоимость балла научного сотрудника (совокупная зарплата, деленная на количество баллов за год или два). Тут-то и выявятся высокооплачиваемые директорские «кунаки», цена такого балла у которых будет приближаться к бесконечности…

Впечатление 5-е. Прочие инициативы ФАНО

Среди других предложений, исходящих от руководства ФАНО, мне запомнилось еще предложение уменьшать базовое финансирование сотрудникам, получившим гранты всякого рода, например РФФИ. Любой из научной среды знает, что средства этих грантов идут в основном на оборудование, химикаты, расходные материалы и командировки, даже если проходят по статье «личное потребление». Кстати, даже если бы получившие гранты решили лично «обогатиться», то в среднем это получилось бы по 30-50 тыс. руб. в ГОД на исполнителя. Автор обсуждаемого предложения в курсе размера сумм?

Заключение

Лично я как научный сотрудник от деятельности ФАНО по реформированию российской науки почувствовала полное разочарование — всё свелось к механистической профанации и главенствованию формы над живым творческим содержанием. Видимо, варяги от чиновничества в этом деле все-таки не помогут. Не вернуть ли назад к управлению российской наукой обновленную после сурового урока Академию?

Елена Парфёнова, 

науч. сотр. Института леса им. В. Н. Сукачёва ФИЦ КНЦ СО РАН

Источники

Уроки ФАНО. Впечатления простого научного сотрудника
Троицкий вариант (trv-science.ru), 11/09/2018

Похожие новости

  • 14/11/2016

    Борис Кершенгольц: без науки ничего не получится

    ​Весной этого года обозреватель Якутия.Инфо Иван Барков сделал интервью с академиком РАН Гермогеном Крымским, вызвавшее достаточно большой резонанс в научной среде. Оно было перепечатано на сайте Российской Академии наук, также на него ссылались и в "Независимой газете".
    2203
  • 09/05/2016

    Валерий Рубаков: «Наука оказалась устойчивой системой»

    Академик Валерий Рубаков был одной из самых ярких фигур протестного движения ученых, возникшего на фоне реформы российской Академии наук, предпринятой в середине 2013 года. Три года назад многие ученые были уверены, что новая система управления российской наукой, предполагавшая лишение РАН части полномочий и создание нового бюрократического органа, Федерального агентства научных организаций (ФАНО), приведет к катастрофе.
    1307
  • 06/05/2016

    Реформа РАН: получилось как всегда...

    В последнее время многих интересуют реформы в области науки. Но чтобы лучше понять их логику, полезно рассмотреть реформу Академии в контексте остальных подобных деяний руководства страны. За последние годы таких реформ было несколько.
    1431
  • 22/06/2016

    Дмитрий Квон: постРАНовская наука

    В конце июня этого года исполняется три года с того момента, когда российские власти объявили о реформе Российской академии наук. Три года – срок вполне достаточный, чтобы подвести итоги и понять, что же это было и как живет российская наука в постРАНовскую эпоху.
    1757
  • 01/09/2016

    Алексей Бобровский: «нашу науку душит бюрократия»

    Легко ли быть ученым в России сегодня и что ждет нашу науку в будущем. Недавнее назначение Министром образования Ольги Васильевой спровоцировало очередную волну споров о том, как следует нашей наукой и нашим образованием управлять.
    1839
  • 23/11/2016

    Академик Шабанов предлагает выход из возникшей в РАН ситуации

    ​Академию продолжают сотрясать бурные споры. Наиболее взрывоопасная тема сегодня - объединение институтов в Федеральные исследовательские центры.  Громкое заявление председателя Сибирского отделения РАН, академика Александра Асеева, что "из-за создания ФИЦ в Красноярске происходит развал науки", процитировано многими СМИ.
    2787
  • 21/03/2016

    Алексей Хохлов о том, как реформировать российскую науку

    Почему в России 10% научных организаций отвечают за 80% результатов и что можно сделать, чтобы сделать это распределение более равномерным, в продолжение дискуссии о реформе российской науки рассуждает академик РАН Алексей Хохлов, глава совета по науке при Минобрнауки, проректор МГУ.
    2029
  • 02/03/2017

    Академик Валерий Чарушин: Наука во время «чумы»

    Выживать научилась. Российская наука, сильно разрушенная в 90-е годы прошлого столетия, постепенно приходит в себя. Однако пока до прежнего "господства" далеко. Тормозит и недостаточное финансирование, и реформа Российской академии наук, которая вызвала бурю негодования в научном мире.
    1023
  • 29/06/2017

    В Москве прошел митинг ученых, недовольных финансированием науки

    ​На какие акции протеста готовы пойти работники РАН, что они требовали от правительства, были ли на митинге кандидаты в президенты Академии и при чем тут Мексика и японцы, читайте в репортаже Indicator.
    1299
  • 27/03/2017

    Из доклада главного ученого секретаря Президиума РАН академика Михаила Пальцева

    ​​Итоги реформы Российской академии наук Прошло три с половиной года со времени принятия Федерального закона от 27 сентября 2013 года №253-ФЗ "О Российской академии наук, реорганизации государственных академий наук и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации".
    1321