Впервые о проекте по созданию базовых школ Российской академии наук было объявлено в начале этого года, а уже к лету 32 региона подтвердили готовность перевести в новый статус от одной до пяти школ. Что это означает на практике, насколько продвинулся проект и есть ли на него ресурсы, выяснял Indicator.Ru.

Президент РАН Александр Сергеев и министр просвещения Ольга Васильева представили совместный проект по развитию исследовательских навыков со школьной скамьи на Российском инвестиционном форуме в феврале 2019 года. Тогда общественности объявили не только об общем замысле — сильные школы в регионах при поддержке РАН организуют подготовку школьников к будущей научной деятельности — но и том, что проект будет реализован отчасти на бюджетные деньги, отчасти при поддержке бизнеса. Средства на создание лабораторных комплексов отобранных школ было готово предоставить издательство «Просвещение». Как предполагалось при запуске проекта, его ориентировочная стоимость должна была составить порядка миллиарда рублей.

Но уже на заседании президиума РАН, где с докладом о проекте выступал вице-президент академии Алексей Хохлов, конкретные источники частного финансирования не упоминались. Сейчас о государственно-частном партнерстве в проекте как будто и не вспоминают. По словам координатора проекта от РАН Александра Соломатина, в запуске базовых школ с самого начала участвовали только профильное министерство, академия наук, министерство науки и высшего образования, региональные органы управления образованием, научные центры и вузы. Более того, и федеральное финансирование проекта все еще остается предполагаемым. Впрочем, решить этот вопрос быстро академики и не рассчитывали. Как подчеркнул Хохлов в комментарии для Indicator.Ru, академия понимает, что получение федеральных денег — вопрос точно не текущего года, а может быть, даже и не следующего.

Означает ли отсутствие субсидий, что проект пока стоит? Формальный старт дан во всех 32 регионах: 108 школ получили сертификаты базовых школ РАН. В большинство городов с этой миссией выезжал Соломатин. По его словам, все школы к началу учебного года выбрали для себя одну из шести моделей работы. Среди школ РАН будут профильные школы, школы с углубленным изучением отдельных предметов, школы-лаборатории, школы при университетах, ресурсные (сетевые) центры и школы смешанной модели. Последние планируют сочетать черты ряда моделей. В каждом случае школа принимала решение, опираясь на свои предыдущие достижения и методы работы. Кроме того, участники проекта определились со своими предметными специализациями и с классами, которые станут академическими — как правило, это будут старшие классы. Например, профили от традиционных физико-математических классов до искусственного интеллекта, интеллектуальной истории и генной инженерии уже определили школы Красноярского и Ставропольского края, а также Калининградской области. В этих решениях, подчеркивает Соломатин, они учитывали наряду с собственным опытом и приоритеты развития региона. Пока проект не финансируется федеральным центром, региональные бюджеты — его единственный источник ресурсов. И пока этот источник не подводит замысел РАН. «Губернаторы направили на поддержку базовых школ суммы, которые значительно превышают предполагаемое федеральное финансирование. Многие школы переведены в региональное подчинение, в других введены новые ставки, оборудованы новые лаборатории, для некоторых даже планируется построить новые здания», — рассказал Хохлов.

Во всех 32 регионах проекта рамочные соглашения со школами заключили местные научные центры и вузы. Сделать это было несложно: региональными координаторами проекта выступают сотрудники этих организаций, как правило, проректоры вузов, заведующие лабораториями и заместители директоров институтов, академики и члены-корреспонденты РАН. Все они наряду с представителями министерств и академии входят в комиссию РАН по научно-организационной поддержке базовых школ. Но о скорых решениях по конкретным спецкурсам и лабораториям пока говорить не приходится. «Есть проблемы межведомственного взаимодействия, поскольку все участники находятся в разном подчинении, и не очень понятны организационные механизмы, в том числе и механизмы финансирования», — признает Соломатин. Так что пока, как правило, в соглашениях содержатся общие договоренности о взаимодействии. Лишь в отдельных регионах, например, в Краснодарском крае, вузы и научные центры уже включаются в создание программ переподготовки учителей.

В числе уже оговоренных мероприятий по проекту — цикл научно-популярных лекций профессоров РАН во всех базовых школах. При выборе тем организаторы ориентировались на запросы школ. По словам Соломатина, ученые будут проводить их как в своих регионах, так и выезжать в другие, а в дальнейшем такие лекции станут регулярными. О дальнейшей работе участники проекта, как рассказал вице-президент РАН, будут договариваться на координационных встречах: запланирована конференция директоров базовых школ, продолжатся совещания с региональными координаторами.

Организаторы планируют подключать к проекту новых участников. Александр Соломатин отметил, что уже проведены переговоры с образовательным центром «Сириус» в Сочи, планируется сотрудничество и с «Кванториумами». Словом, все ученики академических классов в базовых школах должны получить доступ к максимуму занятий, которые могут развить их исследовательские способности и навыки. Когда это станет реальностью, организаторы говорить не берутся, но пока они скорее довольны ходом проекта. «В целом я оцениваю ход проекта позитивно, особенно учитывая, что пока он идет без всякого финансирования из федерального центра, — говорит Хохлов. — Всюду старт дан, и всюду есть достаточно большой энтузиазм». «Мы увидели хорошее отношение не только к идее базовых школ, но и в целом к РАН, — согласен Соломатин. — Очень хочется, чтобы этот позитивный настрой сохранился, а это возможно, только если мы будем делать реальные совместные дела».

К следующему учебному году все школы проекта предполагается перевести в региональное подчинение, чтобы они могли принимать детей не только из соседних микрорайонов (пока это коснулось единиц). С этим намерением, заявленным еще в самом начале проекта, связано распространенное опасение: а хватит ли в базовых школах РАН мест для тех детей, кто живет поблизости? Или они будут вынуждены проходить отбор уже в первые классы? Например, психолог Людмила Петрановская высказывала мнение, что «сортировка» школ разделит их на школы для элит и «бесполезные детохранилища». Но пока концепция проекта не предполагает отбора ни в первые, ни в пятые классы. Предполагается, что при распределении старшеклассников в академические классы по профилям будет проводиться отбор внутри школы, но, как и во многих других вопросах, никаких директив организаторы проекта не вводят.

Более обоснованным пока кажется противоположный пессимистический прогноз: что проект не обеспечит сколько-нибудь серьезное присутствие РАН в школах. Пока нет федерального финансирования, РАН, по словам Александр Соломатина, очень осторожна в определении каких-либо критериев успеха проекта. Финансирование требуется по трем направлениям: на развитие материальной базы школ, повышение квалификации педагогов и на поддержку детей (в том числе на спецкурсы, участие в научных летних школах, в конкурсах и олимпиадах). Когда деньги будут, можно будет вводить и четкие индикаторы по этим направлениям, а пока организаторы определяют только общую направленность базовых школ. «У них всех общая задача — формирование у детей исследовательских умений, ориентация на карьеру в области науки или высоких технологий. Важно, как ребенок может увидеть проблему и описать ее, сформулировать гипотезу, поставить задачу исследования, определить базу эксперимента, реализовать его при помощи очерченного круга инструментов, подвести итог», — поясняет Соломатин.

Однако пока в проекте нет ни финансирования, ни конкретных целей, ни жестких сроков, школы продолжат воспринимать его как не подкрепленную реальным вкладом идею. Тем более что ничего революционного в инициативе нет: школы определили пути развития на основе своих прежних наработок, вводить новые курсы и профили классов они будут с помощью хорошо знакомых региональных институтов и университетов. Может быть, направление популяризации науки, новое для устава академии, удачно воплотится в лекциях профессоров РАН в базовых школах, и успешные ученые вдохновят будущих исследователей на работу в научных кружках, «Кванториумах» и успехи на олимпиадах? Вполне вероятно, и, к счастью, для этого не придется еще год ждать федерального финансирования для проекта: первый цикл лекций пройдет в ближайшие месяцы.

Екатерина Ерохина

Похожие новости

  • 28/04/2017

    Академик Василий Фомин: РАН не откажется от выборов президента

    ​Научное сообщество вряд ли откажется от выборов президента Российской академии наук в пользу его прямого назначения "сверху", считает заместитель председателя Сибирского отделения РАН академик Василий Фомин.
    1903
  • 10/02/2016

    Академик Фортов: О реформе Академии – без гнева и пристрастия

    Президент РАН Владимир Фортов излагает свой взгляд на промежуточные итоги реформы: что получилось, что – нет, о непредвиденных последствиях, как оценить результаты усилий, в том числе и его личных, поскольку минувшие два года для него и его команды были без преувеличения временем борьбы за выживание РАН.
    2884
  • 28/03/2018

    Из жизни академических экосистем

    ​Систему институтов и организаций РАН можно представить себе в виде сложной структуры со множеством горизонтальных и вертикальных внутренних и внешних связей, испытывающих воздействие внешних стимулов.
    898
  • 16/10/2017

    Академик Валерий Черешнев: куда же мы идем?

    ​Встречи с кандидатами в президенты РАН дали мне возможность не только представить, насколько масштабна и неповторима отечественная наука, но и увидеть ее особенности, болевые точки и  даже некоторую ее отдаленность от событий, происходящих в современном мире.
    1265
  • 14/01/2019

    О месте РАН в новом научном ландшафте страны

    ​С трудом, в противоречиях, возможно – в муках и фантомных болях от ампутированного былого величия, Российская академия наук нащупывает свое новое место в кардинально измененном научном пространстве страны.
    804
  • 10/06/2016

    Абстрактный менеджмент и наука: философ Александр Рубцов о внешнем управлении учеными

    Формализация оценки результативности – один из спорных моментов в администрировании знания. Недавняя конференция, организованная философским и историческим факультетами МГУ и Институтом философии РАН, вновь подтвердила: сколь угодно резкие заявления ученых по этому поводу если и дают эффект, то минимальный.
    2456
  • 08/06/2019

    «А зачем российскому бизнесу инновации?»: как объединить науку, образование и бизнес

    ​На ПМЭФ поставили двойку смычкам ученых и работодателей. На сколько эксперты оценивают степень интеграции науки и бизнеса, владеют ли 11-классники soft skills и чем является онлайн-образование — в репортаже Indicator.
    547
  • 20/04/2017

    Из списка РИНЦ исключены более 300 «мусорных» журналов

    ​344 «мусорных» научных журнала исключены из списка РИНЦ. «Газета.Ru» публикует список изданий, «научные» статьи в которых теперь нельзя учитывать в отчетах и для накручивания цитируемости. Более трехсот российских научных журналов с этого дня значительно потеряют в статусе, будучи исключенными из РИНЦ — Российского индекса научного цитирования.
    20221
  • 20/11/2017

    Александр Сергеев: отечественной науке практически нечего предложить военным

    ​Военные расходы крупных стран, прежде всего США, Китая и России, продолжают расти. Немало бюджетных средств поступает на разработку новейших типов вооружений. Недавно Соединенный Штаты в открытую заявили, что рассматривают космос в качестве пространства для ведения войны.
    1444
  • 02/11/2017

    Академик Геннадий Месяц: «новинкам» российской оборонки 20-30 лет

    ​Недавно избранный президент Российской академии наук Александр Сергеев заявил, что в РФ на сегодняшний день уже исчерпан "научно-технический задел по военному направлению", поэтому "жизненно важно развивать фундаментальную науку".
    1442