Программа мегагрантов и работа в Нижнем Новгороде, очищение космического пространства от мусора с помощью лазеров и сокращение времени жизни ядерных отходов — об этом в интервью Indicator.Ru рассказал Жерар Муру, лауреат Нобелевской премии по физике 2018 года. 

Лауреатами Нобелевской премии по физике 2018 года «за новаторские изобретения в области лазерной физики» стали Артур Эшкин, Жерар Муру и Донна Стриклэнд. Артур Эшкин, который стал самым пожилым лауреатом (сейчас ему 96 лет), не смог приехать в Стокгольм из-за проблем со здоровьем, и премию за него получил его сын Майкл. Эшкин работал над созданием оптического пинцета — инструмента, который позволяет манипулировать микроскопическими объектами с помощью лазерного света.

Жерар Муру и Донна Стриклэнд — создатели самых коротких и мощных лазерных импульсов, когда-либо полученных человечеством. Их статья, которая произвела переворот в науке, вышла в 1985 году. Сначала они растягивали лазерные импульсы во времени, чтобы уменьшить их пиковую мощность, затем растягивали их в пространстве, а потом сжимали. Это техника получила название «усиление чирпированных импульсов» и вскоре стала стандартом для изготовления лазеров с высокой интенсивностью излучения. Спектр их применения очень широк и не до конца исследован. В частности, именно с помощью такого лазерного излучения в мире ежегодно проводятся миллионы операций по коррекции зрения.

— Профессор Муру, мой первый вопрос будет про Россию. В 2010 году вы приехали в Нижний Новгород по программе мегагрантов. Какое у вас осталось впечатление от работы с российскими коллегами?

— Да, это был очень интересный опыт. Я работал в лаборатории профессора Сергеева, он же сейчас глава вашей Академии наук?

— Да.

— Вот, мы с ним были друзьями и до нашей совместной работы в Нижнем Новгороде. У вас в стране я участвовал в создании и развитии лаборатории ELSA — Extreme Light Sources and Applications («Экстремальные световые поля и их применение»). Там сейчас три мощных экспериментальных лазерных комплекса (мультипетаваттный, аттосекундный и терагерцовый, — прим. Indicator.Ru). Я очень рад, что принял участие в программе мегагрантов и что меня выбрали. Для меня это была прекрасная возможность поработать с моим другом Сашей (Александром Сергеевым, — прим. Indicator.Ru) и с другими российскими коллегами над интересной мне темой. Я действительно получил удовольствие от проекта, от того, что получил возможность развивать новые концепции. Да, и еще я внес вклад в проект XCELS — Международный центр экстремального света; Россия — один из основных его участников.

— Почему вы вообще решили подавать заявку на мегагрант?

— Для меня это было вполне последовательное решение. Саша Сергеев и его группа — это очень компетентные люди в области лазеров сверхкоротких импульсов, и естественно, что я хотел с ними поработать.

— Изменилась ли как-то ваша жизнь после получения Нобелевской премии?

— Да, на меня навалилась куча интервью, встреч, публичных мероприятий. А вот внутри меня ничего не изменилось. Я люблю физику, всегда хотел ей заниматься, всегда хотел достигать научных целей. А теперь я хочу использовать эту награду, чтобы и дальше продвигать свои идеи.

— Какие именно? Чем вы сейчас занимаетесь?

— Я сконцентрировался на прикладном применении сверхкоротких лазерных имульсов. Я хочу, чтобы они были полезны для общества. Например, вы знаете, что их можно применять для очищения космоса? Наши космические программы оставляют огромное количество отходов, мусора, который летает над планетой. И более того, он опасен. Так вот, лазерами можно очищать космос, и я как раз этим сейчас занимаюсь. И еще одна тема моих исследований — это то, как с помощью лазеров можно сократить время существования ядерных отходов.

— Фемтосекундные лазеры применяются еще и в медицине…

— Да, и когда мы поняли, что их можно использовать в офтальмологии… Для нас это был wow-эффект, знаете, это когда очень сильно чему-то удивляешься. Мы понятия не имели, что фемтосекундные лазеры можно применять для операций на глазах, это выяснилось абсолютно случайно. Мы просто проверяли их воздействие на глаз, результат этого воздействия увидел офтальмолог и спросил: «А что это за лазер?» Я ответил: «Фемтосекундный лазер, а почему вы спрашиваете?» И он сказал: «Потому что он наносит идеальные повреждения!»

— Почему вы решили заниматься наукой?

— Для меня находиться в лаборатории и заниматься лазерами — это само по себе удовольствие. Лазеры можно применять во многих областях, они так или иначе влияют на жизнь всех нас, и мне приятно, что я могу каким-то образом менять жизнь людей к лучшему. Я знаю, что в этой области физики еще масса возможностей, и я просто не могу устоять перед ними.

— Кстати, о возможностях физики. Лазеры часто называют одним из самых важных физических достижений ХХ века, они нашли множество применений. Можете назвать аналогическое достижение физики XXI века? Или пока рановато?

— Нет, не могу назвать ничего схожего по масштабу влияния. Да, лазеры — это изобретение ХХ века, но им около 60 лет, они довольно молоды. Сложно предсказать, что еще может оказать большее или хотя бы схожее влияние на самые разные сферы нашей жизни. Смотрите, мы добились фемтосекундного излучения. Но мы же можем брать его, сжимать еще сильнее и получать аттосекундное излучение (аттосекунда — одна квинтиллионная доля секунды, — прим. Indicator.Ru). Это еще более короткие импульсы, совсем другой эффект.

Яна Хлюстова

Похожие новости

  • 31/10/2016

    Курчатовский центр становится лицом России в проектах mega-sience

    ​Президент Курчатовского центра Михаил Ковальчук убежден, что без участия российских ученых ландшафт европейской и мировой науки был бы явно беднее. Национальный исследовательский центр "Курчатовский институт", откуда начинался советский Атомный проект, все активнее принимает на себя роль инициатора и лидера-координатора в больших международных проектах класса Mega-Siencе.
    1754
  • 23/11/2017

    Академик Юрий Трутнев: создание ядерного оружия - это особое творчество

    Двадцать второго ноября 1955 года в Советском Союзе на Семипалатинском полигоне состоялось успешное испытание первой полноценной отечественной водородной бомбы РДС-37. Она стала прототипом будущих боеприпасов, ставших основой ядерного щита России и обеспечивших стратегический паритет с США и в конечном счете мир.
    670
  • 19/10/2017

    Между Россией и Беларусью идет процесс создания единого научного пространства

    Координацией научного сотрудничества ученых Российской академии наук (РАН) и Национальной академии наук (НАН) Беларуси на государственном уровне занимается Межакадемический совет по проблемам развития Союзного государства (МАС).
    873
  • 26/03/2019

    Людмила Засова: в облаках Венеры могут жить бактерии

    Объединенная научная рабочая группа Института космических исследований и "Роскосмоса" с одной стороны и НАСА с другой по проекту "Венера-Д" сформулировала научные задачи и определила комплекс научных приборов для изучения Венеры.
    209
  • 12/12/2017

    Александр Сергеев рассказал, как заказы от Росатома помогают академической науке

    ​Заказы со стороны госкорпорации "Росатом" по высокотехнологичным проектам оказывают серьезную финансовую помощь российским академическим научным институтам, сообщил президент Российской академии наук Александр Сергеев в интервью корпоративному изданию российской атомной отрасли газете "Страна Росатом".
    899
  • 26/02/2019

    Академик Вадим Бражкин: кризис не в физике, а в отношении общества к науке

    ​Директор Института физики высоких давлений (ИФВД) РАН академик РАН Вадим Бражкин объясняет, как решить проблему рабства научной молодежи, предлагает способ экологически чистой переработки отходов и печалится о реформе Академии наук.
    443
  • 17/11/2017

    Химик Александр Кабанов — о своей работе на стыке наук и том, чем организация науки в России отличается от американской

    ​Александр Кабанов — русский и американский химик, специалист в области адресной доставки лекарств, директор центра нанотехнологий для доставки лекарств университета Северной Каролины, создатель лаборатории «Химический дизайн бионаноматериалов» МГУ, член совета по науке Министерства образования и науки РФ, член координационного совета международной Ассоциации русскоязычной академической науки.
    1652
  • 25/06/2018

    Академик Владислав Панченко: научная дипломатия должна стать постоянно действующим механизмом

    В мае этого года Российский фонд фундаментальных исследований успешно провел в Москве ежегодное заседание Глобального исследовательского совета (ГИС), который объединяет более 80 национальных фондов, финансирующих научные исследования.
    605
  • 01/10/2016

    Константин Зайков: Арктический центр стратегических исследований уже достиг определенных успехов

    ​Вот уже два года в структуре САФУ действует Арктический центр стратегических исследований, чей функционал сконцентрирован на координировании научно-исследовательской деятельностью университета в высокоширотной Арктике и информационно-аналитическом сопровождении процесса выработки государственной политики в отношении развития АЗРФ и позиционирования России в Арктическом регионе.
    1789
  • 14/03/2019

    Академик Александр Сергеев - о науке наводить мосты

    ​Соглашение о сотрудничестве в области научных, инженерных и медицинских исследований сроком на пять лет подписали в Вашингтоне президент Российской академии наук Александр Сергеев и глава Национальной академии наук США Марша Макнатт.
    272