​Идея слияния институтов РАН и вузов неоднозначно воспринята в научном сообществе. «МК» попросил оценить ее профессора Университета штата Мэриленд, академика Роальда Сагдеева.

Ученый, который является членом наблюдательного совета Люксембургского форума по предотвращению ядерной катастрофы, принял участие в конференции в Женеве, где ответил на вопросы корреспондента «МК».

-Роальд Зиннурович, как можно относится к идее слияния научных институтов РАН и вузов?

-Это зависит от того, в каком виде это потенциальное слияние будет происходить. Тот подход, который принят - реформа академии, ослабление ее роли - это, по-моему, неправильный подход. Можно было совершенно иначе подойти. Дать возможность сотрудникам академии, ученым больше участвовать в подготовке молодых специалистов. Что всегда, кстати, ограничивалось. Еще в советское время получить разрешение на совместительство в университете, вузе, преподавать - было просто невозможно.

-Боялись утечек?

-Я не знаю, чего именно боялись. Может, какие-то финансовые вопросы. А потом, наверное, общая политика - «держать и не пущать».

А тут, по-моему, сторонники первой формы слияния в министерстве науки и образования, они считали, что это будет делаться как-то по команде чиновников. Так не будет работать.

-Есть опасность, что потеряем науку?

-В значительной степени мы уже потеряли во многом потенциал нашей науки. Молодежь, как я слышал, разговаривая с приезжающими в Штаты, уже не верит в какое-то конструктивное будущее нашей академии или в вузах.

-Вы долгое время живете в США. Как там решен вопрос? Как исторически сложилось взаимодействие вузовской и невузовской науки? Можно параллели провести с организацией нашей науки или это разные миры?

-В каком-то смысле можно провести параллели. В Америке есть вузовская наука. Это исследовательские университеты. В среднем хорошем американском университете бюджет образовательный, который складывается из взносов на обучение, он уже сравним с бюджетом грантов на исследования.

Причем студенты участвуют в исследованиях, и грантодающие организации часто даже ставят условия, чтобы участие студентов было запланировано в любом предложении по гранту.

С другой стороны, есть государственные учреждения, крупные научные институты, лаборатории. Прежде всего, военные лаборатории. Такие, как Ливермор, Лос-Аламос. НАСА имеет такие вот центры - около десятка. Ну, и другие ведомства. Например, министерство энергетики, даже министерство торговли имеет крупный научный центр.

И нет серьезного барьера между этими государственными исследовательскими центрами и университетами. В некоторых случаях даже так сделано, что университеты могут влиять на работу этих государственных лабораторий.

Эта система сложилась. И нужно искать такие методы, чтобы, не ломая ничего, не распуская, не выгоняя людей на улицу, не заставляя уезжать заграницу, найти такой конструктивный способ контакта, участия научных работников, ученых академии в подготовке студенческих кадров на широкой основе и участия студентов университетов и вузов в работе лаборатий, в творческой работе этих исследовательских групп.

Что касается преподавателей, профессоров вузов, вы знаете, это довольно подневольный труд. Огромная часовая нагрузка преподавательская. Зачастую у этого контингента людей, которые бы хотели участвовать в творческой работе, не остается просто времени, свободных часов на науку.

-Как оцениваете реальный уровень российской космонавтики?

-Я пока не вижу каких-то новых шагов. По оказанию пусковых услуг, я думаю, где-то вот-вот Россия просто может потерять участие в международном рынке. Потому что и Илон Маск со своей компанией, и Джеф Безос уже выходят на рынок.

Не говоря о том, что Индия и Китай имеют более дешевые варианты использования своих носителей.

-Не настораживает отсутствие масштабных космических проектов, например, межпланетных, в сравнении с советским временем?

-Гораздо реже делается. Может, раз в десять реже. Вот был довольно успешный полет спутникового радиотелескопа «РадиоАстрон». Я знаю, что мировая космическвя общественность ждет публикации результатов. Время от времени мы слышим, что много было интересных находок. Но давайте, где же статьи?

Потом недавний запуск рентгеновского спутника под руководством Рашида Сюняева. Думаю, с этим можно связать надежды на интересные открытия в области астрофизики.

-А то, что нет масштабных проектов, например, лунных, марсианских - ничего страшного?

-Лунная программа существует - возвращение на Луну. Но видно, что с каждым годом все откладывается дальше и дальше. То есть какие-то либо финансовые трудности, организационные - я не знаю.

-Некоторые эксперты на Западе критически оценил недавние российские эксперименты со спутниками-инспекторами. Почему?

-Реакция международных партнеров, в общем, скорее, негативная, чем позитивная. Потому что есть опасения, что они будут подходить к спутникам других стран и, вобщем-то, не понятно, с какой целью.

Это является частью другой, более общей сложной проблемы - каким образом контролировать или регулировать, ограничивать какие-то действия в космосе в военных, агрессивных целях, в том числе противоспутниковое оружие и прочее.

Жаль, что не удается найти подхода и согласовать это, прежде всего с американцами.

Если бы американцы согласились, я думаю, что китайцы пошли бы на такое соглашение. И даже тест, который китайцы провели несколько лет назад, когда сбили свой же вышедший из строя спутник в качестве демонстрации, я думаю, что они каким-то образом дали сигнал: смотрите, если вы и дальше будете тянуть без соглашения, то вот что нас в будущем может ждать.


 

СПРАВКА «МК»

Роальд Сагдеев родился в 1932 году в Москве. Окончил МГУ. Работал в Институте атомной энергии и Институте ядерной физики. В 1968 году избран академиком АН СССР. Был иностранным членом Национальной академии наук США. В 1973-1988 годах руководил Институтом космических исследований АН СССР. В 1990 году переехал в США. Является автором трудов по физике плазмы, космической физике и проблеме управляемого термоядерного синтеза.

Похожие новости

  • 05/06/2017

    Михаил Садовский: ФАНО не понимает, что чисто административными методами ничего не добиться

    ​​При нормальном развитии науки реструктуризация научных исследований - процесс естественный, эволюционный. Административный раж ФАНО, основанный на волюнтаризме чиновников, будет лишь способствовать деградации фундаментальной науки в России.
    1968
  • 23/05/2016

    Дырка от бублика для большой науки

    ​Обстоятельное интервью с председателем комиссии по борьбе с лженаукой вышло в двух весенних номерах журнала Patron. В первой части упоминается множество людей — академиков и генералов, политиков и мистификаторов — так или иначе связанных с историей лженауки в России.
    2227
  • 03/12/2018

    Григорий Трубников: Наука - это рывок в будущее

    ​На заседании президиума Российской академии наук доклад о национальном проекте "Наука" делал академик Григорий Владимирович Трубников, первый заместитель министра науки и высшего образования.
    1343
  • 01/02/2017

    Академик Михаил Пальцев: институты РАН все еще выдают результаты мирового уровня

    ​Впервые проведена экспертиза российской науки. Из 5000 представленных на экспертизу в 2016 году научных проектов 368 соответствуют мировому уровню. Это только один из выводов о состоянии российской науки.
    1873
  • 18/05/2016

    Арнольд Тулохонов: наука должна быть востребована в обществе

    ​2016 год объявлен решающим в реализации реформ российской науки. Однако большинство академиков оценивают итоги реформы как неудовлетворительные. В чем причина такой резкой оценки, Арнольда Тулохонова, члена Совета Федерации, члена-корреспондента Российской академии наук, расспросила Ольга Орлова, ведущая программы "Гамбургский счет" на Общественном телевидении России.
    2016
  • 30/12/2015

    Время испытаний для российской науки

    ​Доктор физико-математических наук, вице-президент Российской академии наук, председатель Сибирского отделения РАН академик Александр Леонидович Асеев рассказал нам о достижениях и трудностях в работе академии, а также о научных прорывах,которые непременно произойдут в ближайшем будущем.
    1678
  • 14/10/2017

    Александр Сергеев: изучение мозга спасет от угроз, которые таит искусственный разум

    О восстановлении доверия в отношениях академической науки и власти, о том, почему не все в научном мире измеряется Нобелевскими премиями, как Россия может развернуть утечку мозгов, а также о том, несет ли угрозу человечеству искусственный интеллект, в интервью РИА Новости рассказал новый президент Российской Академии наук Александр Сергеев.
    700
  • 02/04/2019

    Сибирский физик о реформе РАН: наука – это не число публикаций

    Реформа Академии наук России продолжается с переменным успехом. Тайга.инфо поговорила с заведующим теоретического отдела Института ядерной физики Сибирского отделения РАН Александром Мильштейном о проблемах развития науки, об ущербности формальных показателей и бедственном положении в подготовке кадров.
    510
  • 30/11/2018

    Исследователям надо рассказывать о Стратегии научно-технологического развития

    ​Сколько молодые ученые знают о Стратегии научно-технологического развития России, зачем вообще о ней нужно знать и почему магистрам и аспирантам рано общаться с представителями бизнеса, Indicator.Ru рассказала Анна Щербина, председатель Совета Российского союза молодых ученых.
    1535
  • 26/09/2019

    Академик Александр Сергеев - о том, как найти научное счастье

    ​Куда идет российская наука? Прекратилась ли наконец-то утечка мозгов? В чем в науке Россия берет пример с Беларуси и чего нам ждать от союзных программ? Ответы на эти и многие другие вопросы - в интервью президента Российской академии наук Александра Сергеева председателю ТРО Союзного государства Николаю Ефимовичу в программе "Государственный интерес" на телеканале БелРос.
    642