​Судьба российских храмов порой так причудлива, что не придумаешь в сказке. Разве могли помыслить в 1700 году строители дивной по красоте Спасо-Зашиверской церкви за Полярным кругом, что через три столетия этот храм чудесным образом перенесут за тысячи километров (за тридевять земель!) в центр сибирской науки, новосибирский Академгородок? К тому времени от самого города Зишиверска не останется и следа. Даже память о нем будет стерта. 

Острог под защитой Бога

Древний сибирский город Мангазея сохранился только в легендах. О другом древнем сибирском городе — заполярном Зашиверске — не сохранилось даже легенд. Между тем, как выяснилось позже, в архивах нашлось немало документов про Зашиверск. Но эти документы обнаружили позже, а в то время, когда экспедиция ученых из новосибирского Института истории расспрашивала про этот город, даже те, кто жил в тех местах Якутии, разводили руками. Нет, не слышали…

А началось все с фотографий, которые привезли в новосибирский Академгородок летчики Заполярья. На снимках, сделанных с высоты, посреди безлюдных пространств индигирской лесотундры был виден удивительно красивый деревянный православный храм. Храм посреди пустынного места. Как здесь появилась столь чудесная церковь? Что за тайна? На ее раскрытие и отправились ученые во главе с академиком Алексеем Окладниковым.

Алексей Петрович Окладников был ученым в самом высшем значении слова. Он не мог равнодушно пройти мимо загадки или тайны. И, конечно, сам возглавил научную экспедицию.

Точная дата основания города Зашиверска не установлена. Известно, что Зашиверское зимовье основали в 1639 году. Расположение острогов и зимовий было не случайным. Они являлись опорными пунктами освоения Севера и создавали целую систему укреплений. Строились они по одному довольно простому типу. Небольшая территория огораживалась «тыновой» или «тарасовой» стеной, «пряслами» из бревен. Поясним, что «тарасы» — это стены из двух параллельных рядов бревен. Пространство между ними засыпалось камнями и землей. В Зашиверске толщина таких стен составляла два метра. Обычно острог имел несколько башен, в одной из которых был въезд в острог. В острожной стене располагалась ясачная изба с окном наружу для переговоров — впускать коренной народ внутрь крепости порою было небезопасно. С другой стороны находилась изба с охраной. Амбары для хранения ясака и казенного имущества располагались внутри крепости или вблизи ее.

…Ясак (монг. засаг «власть»; тат. ясак — натуральная подать, башк. яhа «подать, налог») — в России XV — начала XX веков натуральный налог в Сибири на Севере, главным образом пушниной…

Остроги, имеющие более четырех башен, именовались «городками». С ростом населения «городка» жилые постройки выносились за пределы крепости и строились вокруг основного ядра — «детинца». Такими и были острог и церковь в Зашиверске.

Город располагался на перекрестке водных и сухопутных путей Якутско-Колымского тракта. Через него проходила так называемая «Царская дорога».

Вдали от Родины русские люди выбирали такие места, которые согревали бы их воспоминаниями в далеком и холодном краю и напоминали близкий сердцу русский ландшафт. Зашиверские «градодельцы» разместили город в таком месте, которое поражает первозданной красотой. На фоне синих гор необыкновенно ярко выделяется бурная зелень, расцвеченная огненными цветами. Но красота — красотой, а первым делом русским первопроходцам приходилось думать о безопасности. И в это, как показали раскопки, Зашиверская церковь вносила свой вклад.

Церкви обычно ставились внутри острога, но в Зашиверске южный фасад храма образует как бы продолжение защитной стены. Подобного нигде в Сибири больше не было. Острог находился под Божьей защитой в прямом смысле слова! Сами стены были срублены из мелкослойной лиственницы, растущей в верховьях Индигирки и сплавленной по реке. Эта лиственница известна своей прочностью. Со временем бревна в срубе как бы окаменели и не поддавались разрушению.

В 1783 году Якутская провинция была превращена в область Иркутского наместничества. Зашиверск из острога становится уездным городом. Теперь ему подчиняется вся территория Якутии от Верхоянского хребта на западе до Яблонового хребта на востоке и территория в низовьях реки Лены. В городе появляются учреждения с чиновниками, провиантный магазин, питейное заведение, соляная стойка, хлебозапасный магазин, два суда, казначейство. Здесь состоялись даже выборы в городскую ратушу, которая охраняла права торговых, посадских и промышленных людей и боролась против злоупотреблений местной власти.

Это было короткое время процветания Зашиверска. На иконах Спасской церкви появляются драгоценные венцы и оклады, церковная утварь была в храме уже из серебра. Это теперь вовсе не бедный сельский храм. Правда, улиц в Зашиверске не было. Дома стояли беспорядочно, главным образом близ реки.

В годы процветания Зашиверск стал местом, с которым было связано и изучение Крайнего Севера Азии. В нем останавливались все, кто шел дальше или возвращался из далеких странствий. Здесь была охоцкая команда геодезии прапорщиков Лысова, Леонтьева и Пушкарева, описавшая далекие Медвежьи острова против устья реки Колымы. Останавливалась знаменитая Чукотская экспедиция Сарычева — Биллингса. Не миновало Зашиверск не менее знаменитое путешествие в полярные окраины Сибири Ф. Врангеля и

Ф. Матюшкина. Все они оценили уникальную Зашиверскую церковь. Один из них написал: «Скромными средствами из дерева и щепки творили строители Зашиверского храма свое прекрасное произведение. В тоске по далекой Родине они вложили свою русскую душу в постройку и здесь в «Юкагирской землице» создали памятник для себя — о Руси, потомкам — о себе и своих славных подвигах».

Немалую роль в жизни города играла торговля и особенно ярмарки. Зимним путем купцы привозили топоры, ножи, железные и медные котлы, в которых очень нуждались коренные жители, которые сами не добывали железа. Купцы привозили бисер, сахар, табак, муку и даже запрещенную к ввозу водку.

В 1805 году Зашиверск потерял статус уездного города. Таковым стал Верхоянск. Чиновники Зашиверск покинули. Следом стали закрываться магазины. Ко всему здесь прошли эпидемии чумы и черной оспы. К 40-м годам XIX столетия о городе уже нигде не поминается.

Церковь все эти годы действовала, но прихожан уже почти не было. Да и сам храм со временем ветшал. Но его не закрывали, поскольку надо было сперва выстроить другие храмы. Когда же это произошло, большая часть икон с ризницей на трех плотах была перевезена по реке Индигирке в Крест-Майорскую церковь. Другую часть перевезли в Момскую церковь. И жизнь в Зишиверске окончательно замерла.


Весной 1969 года академик Окладников собрал экспедицию, в состав которой вошли фотографы, историки, исследователи деревянного зодчества и архитекторы. Первая экспедиция провела раскопки, сделали зарисовки, обмерили здание церкви, составили чертежи. Тогда же, в 1969-м, были найдены колокола. Одни, XVII века, обнаружили на складе металлолома села Чикурдах. Другой, середины XVIII века, служил водникам села Дружина для оповещения о начале рабочего дня.


Логарифмы и шатровая церковь

Как ни удивительно, но сохранилось имя создателя Спасо-Зашиверской церкви. В 80-е годы XIX столетия Академия художеств России запросила сведения обо всех старинных церквах. В ответ священником Алексеем Бердниковым была составлена «Метрика» Спасо-Зашиверской церкви на северо-востоке Якутии с чертежами. Священник назвал и создателя церкви, на рубеже XVII—XVIII веков своим топором срубившим в лесотундре, на великой сибирской реке Индигирке, этот деревянный храм, ставший жемчужиной русской культуры. О нем в «Метрике» сказано: «Имени мастера нет в документах, но по преданию таковым был местный житель мещанин города Зашиверска Андрей Хабаров».

Как и положено, сама церковь состоит из трех частей. Первая — собственно церковь, высокий и сравнительно узкий сруб. Вторая — алтарная апсида, и третье, самое обширное помещение — трапезная. Была еще галерея, из которой дверь вела прямо внутрь храма. На галерее собирался народ в дни больших церковных праздников. Это было как бы «фойе».

В трапезной тоже собирался народ, но эта часть имела особое назначение. Трапезная, опять-таки пользуясь нынешним языком, служила своего рода клубом, где обсуждались мирские дела, касавшиеся всех жителей Зашиверска.

Здесь в специальных ларях — за крепкими обручами и замками хранились архив и книги. И не только богослужебные. Сохранился список книг Зашиверской церкви. Наличием такого списка мы обязаны указам Петра I и его преемников об уничтожении имевшихся при церквах старообрядческих книг. В доказательство того, что при Зашиверской церкви недозволенных книг не имеется, и был составлен список. Из него известно, что немалую часть церковной библиотеки составляли книги, необходимые при отважных путешествиях, предпринимавшихся казаками того времени. Среди книг имелись карта Варяжского моря на александрийской бумаге. Куншт корабельный, о пропорциях и оснастке английских кораблей с цифирными таблицами, Устав Морской, Регламент шхипорской четырех маниров на разных языках, Поверение воинских правил, Синус, или логарифмы, Устав военный на русском языке, геометрия, Инструкция о датских морских артикулях, «Устав морской з галанских языков», Экзерциция военная, молитвенники морской и сухопутный и даже Реестр о политических книгах, которые продаются в Гааге.

…Вот и думайте теперь, что за варварами были наши предки, знавшие синус и логарифмы…

Отдельно надо сказать про церковную колокольню. К сожалению, она до наших дней не сохранилась. Ее высота до креста составляла более 12 метров. Устроена колокольня была столпообразно в три яруса и служила ко всему еще и дозорной башней. Сооружение было не только очень прочным, но и красивым. Даже скромные декоративные элементы придавали колокольне необыкновенно нарядный вид.

Зашиверская Спасская церковь с самого своего освящения (1700 год) стала центром распространения Православия на северо-востоке Сибири. Одним из первых священников здесь стал Алексей Слепцов, сын сосланного в Якутск коменданта Москвы Ивана Слепцова. Ему велено было «…в другие места ни под каким видом не отлучатца и у той святой Спасской церкви жить до окончания живота своего». Этот наказ молодым священником был выполнен буквально: Алексей Слепцов служил здесь до конца жизни и умер в 1783 году на 74-м году жизни. После него священником стал его сын Михаил. Священниками в Зашиверской церкви служили и другие его потомки.

В архиерейском указе сказано: «Тебе дана наша грамота и повелевается тебе чинить в той волости нижеследующее: прибыв в тую волость объявить его императорского величества указ о льготе иноземцам, крещающимся в православную веру». По указу Петра 1720 года крестившиеся инородцы освобождались от уплаты ясака на пять лет. При крещении в вознаграждение повелено было давать «по кресту тельному да по одной рубахе с порты и по сермяжному кафтану с шапкою и руковицы, обуви чирки с лучками, а кто знатнее, тем давать кресты серебряные по 4 золотника, кафтан из сукна крашеный, какого цвета кто захочет».

Отчасти в ответ было массовое крещение якутов, юкагиров, эвенов. Новокрещеных в Спасской церкви к 1818 году было 2 637 человек. Фактически это было все население, жившее на территории, которую обслуживал причт церкви. Конечно, коренные народы не могли в одночасье стать православными. Шаманы еще долгое время имели здесь влияние, а простой народ пребывал в двоеверии. Часто это двоеверие было очень наивным. Так однажды в Зашиверской церкви на престольном кресте и под престолом обнаружили несколько шкур белок. Священник прекратил службу из-за осквернения святого престола. Виновником оказался эвен кункугурского рода. Свой поступок он объяснил тем, что принес жертву непосредственно самому Богу. Богослужение было возобновлено лишь после того, как виновный совершил сто поклонов по епитимии и после освящения престола святой водой.

Сама церковь относится к шатровому типу и выстроена без единого гвоздя. Несколько веков храм был в забвении, а потому не подвергался реставрации, что нередко стирает особенности древних сооружений. Шатровые церкви были широко распространены в северных районах европейской части России в XVI—XVIII веках. Шатровые церкви явились воплощением народных представлений о красоте сооружений. В летописях они называются «древяна верх».

Но как появилась шатровая церковь в Зашиверске? Ведь вблизи не было подобных сооружений. Конечно, строили этот храм зодчие, пришедшие на коварную и студеную северную реку из Руси плотники, знавшие до тонкостей традиционные приемы русского зодчества. Ну а сами шатровые храмы — изобретение россиян.

Бревенчатые стены по объемной структуре, пластике и цвету давали большое богатство линий и форм, были сами по себе живописны и не требовали дополнительных украшений. Древние зодчие прекрасно чувствовали красоту простой бревенчатой стены и стремились ее сохранить. Что и было сделано в церкви Спаса в Зашиверске. При строительстве храма зодчие не использовали украшений — красота достигалась за счет четко выверенных соотношений частей всей конструкции. Особую нарядность зданию придают главки, покрытые лемехом — резными дощечками из лиственницы.

Изготовление лемеха и покрытие им криволинейных объемов было очень трудоемкой работой, но строителей это не смущало. Лемех главок и поверхность крыши церкви были выложены с учетом расположения колец дерева, что впоследствии предохраняло здание от протекания дождевых вод.

Храм отправился в путь

Как и каким путем академик Окладников добился от правительства Якутии решения о передаче Спасо-Зашиверской церкви в дар Сибирскому отделению Академии наук — доподлинно неизвестно. Но уже в 1971 году деревянная церковь с берегов Индигирки должна была переехать под Новосибирск, где по инициативе Окладникова создавался историко-архитектурный музей под открытым небом.

История самого музея непроста и еще окончательно не закончена. В 1970-х годах было задумано, что здесь со временем соберут шедевры деревянного зодчества Сибири. Однако возникло множество проблем…

В 1971 году предстояло перевезти саму церковь. А также провести детальные археологические исследования территории Зашиверска. Руководителем второй экспедиции в 1971 году стал будущий академик Анатолий Деревянко.

— Разборка строения — это тяжелейшая физическая работа, — говорит ученый. — Лиственничные бревна весом по 300—400 килограммов… Тундра в это время уже растаяла, но под 30—40 сантиметрами ледяной жижи — вечная мерзлота. Абсолютно все работы — вручную.

Самая сложная проблема — разобрать шатер — купол Зашиверской церкви. И тут помог совершенно фантастический случай: к нам прилетели вертолетчики. Они, пролетая мимо, увидели наш лагерь и приземлились. Мы разговорились, поделились нашими проблемами, а пилоты говорят: «Так давайте снимем вертолетом». Подсчитали вес, конечно, Ми-8 должен был легко поднять эту ажурную конструкцию с куполом и крестом.

Фантастический профессионализм экипажа! Они зависли чуть выше креста, вся конструкция дрожала от ветра. Закрепили фалы, вертолет начал подниматься, но тут один фал зацепился за доску. Все накренилось. Это было мгновение, но как тогда сердце упало — до сих пор помню. Тут же все выровнялось, и через 10 секунд шатер с луковицей опустился к нам «в руки»…

До сих пор я очень благодарен этому экипажу. Но оказалось, что они работали с какой-то экспедицией. И один молодой ученый из Якутского научного центра сфотографировал весь этот процесс. Фотография была опубликована в местной прессе, и каким-то образом все это дошло до Москвы. И был большой скандал — нарушение техники безопасности, работы без разрешения и т. д. Командира экипажа даже хотели лишить права полетов. Пришлось нам обращаться к президенту СО АН СССР Михаилу Алексеевичу Лаврентьеву с просьбой написать письмо руководству «Аэрофлота».

Письмо сыграло свою роль: вместо освобождения от работы командиру экипажа была объявлена благодарность.
Вторая экспедиция произвела все необходимые пометки, разобрала церковь и переправила сначала на север вокруг Восточной Сибири по Индигирке и морем, затем на юг, по реке Лене, и в завершение всего пути — железной дорогой на запад, в Новосибирск.

Потом церковь долго хранилась в Институте истории, философии и филологии СО РАН. С большим трудом нашли людей, которые умели работать топором, и под руководством главного архитектора СО РАН А. Кондратьева храм с колокольней все-таки были восстановлены.


Божий дом не может жить без молитв

«Но разве может Дом Божий стоять, как на погосте — пустой и безмолвный? Жалко и стыдно!» — говорит протоиерей из Новосибирска Димитрий Полушин. А сегодня удивительная по красоте Спасо-Зашиверская церковь стоит без жизни.

То, что принято называть музеем под открытым небом, находится в нескольких километрах от Академгородка. Экскурсий здесь практически не бывает, а если кто и попытается увидеть это деревянное чудо, будет вынужден смотреть на него из-за ограды. В храм же вообще никто не может войти. Да, как памятник зодчества, — а это памятник федерального значения, — церковь пропитана специальным раствором, оберегающим от пожара и гниения, но для кого и для чего сохраняется это чудо — никто не знает.

В этой церкви нет образов, не звучат молитвы, нет аромата ладана и свечей. Только в 2013 году здесь провели несколько служб во время праздника «Широкая Масленица». И это, кстати, вызвало самый положительный отклик среди жителей Академгородка.
Все остальное время — остальные годы! — созданный как Божий дом храм оставлен. И на прежнем месте обитания церкви -– в Зашиверске — в те безбожные годы никто не установил поклонный крест, как делают по преданию Русской Церкви на месте исчезнувшего храма. Конечно, не для этого ладили с молитвой это чудо древние мастера.

Когда освящается храм — на месте Престола становится ангел, который не уходит отсюда до конца земной истории. Когда по какой-то причине храм не мог существовать более на старом месте, и его необходимо было перенести, то там, где стоял Престол, сооружался в его размер высокий постамент с крестом, чтобы место, где совершалось таинство евхаристии, оставалось не попираемым и должным образом чтилось. Такой постамент с крестом назывался «памятник». В вечную память о находившемся здесь Престоле. Лишь с умалением веры на Руси люди стали называть памятниками сооружения в честь дольнего, а не горнего.

По учению Церкви, Ангел Престола будет свидетельствовать на Страшном Суде о том, как относились к этой Святыне те или иные люди.

По церковным канонам то место, на котором ставится храм, освящается еще до закладки первого камня. Ангел-хранитель, который приставляется Господом, чтобы оберегать храм, продолжает молиться на этом месте, даже если храм по каким-то причинам бывает разрушен. Молится он за храм, за прихожан, которые здесь бывали, и даже за тех, кто потрудился его разрушить, чтобы Создатель простил им грехи.

И разоренный храм остается святым, а потому туда можно зай-ти и помолиться. В таком храме священник может отслужить молебен, а миряне могут читать псалтырь и будут услышаны так же, как если бы помолились в действующем храме.

Всякий храм жив молитвой, богослужением. И молитвы должны вернуться в Спасо-Зашиверскую церковь. Путь для этого лишь один — передать ее Русской Православной Церкви. Как это было сделано недавно с Исаакиевским собором в Санкт-Петербурге. Думаем, что в Академгородке найдется достаточно верующих, пожелавших зарегистрировать соответствующий приход. Пусть богослужения в древнем храме проводятся только раз в неделю — по воскресеньям, уже этого будет достаточно для того, чтобы церковь вновь стала домом Божиим, чтобы в нее вернулась жизнь. А бережно относиться к памятникам наша Церковь умеет. Вот, к сожалению, государство не всегда это делает…

Разумеется, передача Зашиверского храма Церкви — дело не простое. Но и не более сложное, чем возвращение в Республику Алтай мумии так называемой «алтайской принцессы», или «принцессы Укока». Борьба за возвращение мумии, которую алтайский народ почитает хранительницей покоя, велась с 1993 по 2012 год. Ученые отказывались передавать «принцессу» на Алтай, опасаясь за сохранность мумии. Все это вызывало в Горном Алтае едва ли не народные бунты. В конце концов, мумию передали «на родину», но для этого «Газпрому» пришлось выделить более 700 миллионов (!) рублей на строительство нового республиканского музея, где для мумии создали отдельное помещение с особыми режимами температуры и влажности. И только после этого ученые передали «принцессу Укока» на Алтай.

Кто-то скажет: так пусть Церковь и выступит с предложением о передаче ей Спасо-Зашиверского храма. Так Церковь и выступает. Церковь — это ведь не только епископы, священники, диаконы или монахи. Тело Церкви по большей части составляют миряне, самые простые верующие. Вот мы и говорим: верните Церкви Божий дом. Это, кстати, соответствует недавно принятому российскому закону о возвращении религиозным организациям некогда принадлежавших им зданий и сооружений.

Можно вспомнить, что возвращение Русской Православной Церкви здания новосибирского собора во имя святого равноапостольного Александра Невского тоже началось не по инициативе церковноначалия. Первыми с подобной инициативой выступили простые верующие. Их поддержали десятки тысяч новосибирцев. В городе прошло несколько масштабных митингов. И только после этого подключились священники. Ничего зазорного в подобном развороте событий нет. Тело Христово — Оно едино.

Источники

Сказ про три века сказочного храма
Честное слово (chslovo.com), 11/09/2019
Сказ про три века сказочного храма
Честное слово, 11/09/2019

Похожие новости

  • 20/01/2017

    Михаил Шуньков: у наших исследований есть будущее

    Мы ехали долго, оставляя позади сотни километров: важный археологический объект находится вдалеке от крупных населенных пунктов и хороших дорог. Последняя часть пути вообще шла по горному серпантину.
    1771
  • 14/04/2017

    Вячеслав Молодин о загадках древней погремушки

    ​Лауреат Демидовской премии 2016 года академик РАН, профессор, доктор исторических наук, заместитель директора Института археологии и этнографии СО РАН Вячеслав МОЛОДИН о том, какие тайны хранит древняя история Новосибирской области, как в их раскрытии могут помочь археологам физики-ядерщики и как рассказать школьникам об истории современной.
    1269
  • 26/07/2017

    Скифы ль мы? Важна точность...

    ​​​​Я с давних пор читаю «Литературку», в последнее время она возрождается и вновь становится привлекательной (для меня, пожалуй, самой правдивой и полезной). Поэтому, хотя, к сожалению, и с запозданием, не могу не отреагировать на пуб­ликацию в № 23 этого года на удивление крайне легковесной, вводящей читателя в заблуждение статьи Виктора Марьясина «Скифы ль мы?».
    860
  • 10/02/2017

    Археология – это огромные кубометры земли..

    Вячеслав Иванович Молодин – действительный член РАН, профессор, доктор исторических наук, заместитель директора Института археологии и этнографии СО РАН в 2016 г. стал лауреатом Демидовской премии – официальное награждение состоится 10 февраля 2017 г.
    1749
  • 03/10/2018

    Алексей Павлович Окладников: 110 лет со дня рождения

    3 октября исполняется 110 лет со дня рождения известного ученого-археолога, доктора исторических наук, Героя Социалистического Труда Алексея Павловича Окладникова. Он родился в семье учителя, в деревне Констатиновка Жигаловского района.
    1130
  • 15/08/2019

    Прошлое «на расстоянии вытянутой руки»

    У​мревинский острог — первый оплот российской государственности на территории современной Новосибирской области — продолжает раскрывать ученым свои тайны. Исследователи памятника утверждают, что прошедший археологический сезон стал самым богатым по количеству находок на квадратный метр.
    196
  • 16/10/2018

    В Академгородке открыли мемориальную доску в честь академика Николая Покровского

    На здании гуманитарных институтов СО РАН в новосибирском Академгородке открыт мемориальный барельеф академика Николая Николаевича Покровского. Историк работал в Сибирском отделении Академии наук с 1965 года до своей смерти в 2013 году.
    1121
  • 27/11/2018

    Академический час для школьников: лекция «Древнейшая история Алтая: кто такие денисовцы»

     28 ноября 2018 г. в 15:00 в малом зале Дома ученых СО РАН состоится лекция члена-корреспондента РАН Михаила Васильевича Шунькова «Древнейшая история Алтая: кто такие денисовцы».
    1349
  • 23/08/2018

    Академик Анатолий Деревянко - о новых открытиях палеогенетики

    ​​Как следует из статьи в журнале Nature, неандертальцы и денисовцы давали общее потомство из поколения в поколение. Комментирует научный руководитель Института археологии и этнографии СО РАН академик Анатолий Пантелеевич Деревянко.
    916
  • 16/11/2017

    Академик Анатолий Деревянко стал почетным доктором ТГУ

    ​Академик Российской академии наук, научный руководитель Института археологии и этнографии СО РАН Анатолий Деревянко стал почетным доктором Томского государственного университета. Мантию и конфедератку на торжественном заседании ученого совета академику вручил ректор университета Эдуард Галажинский.
    1606