Во второй день Гайдаровского форума в РАНХиГС обсуждали глобальные климатические изменения и их роль в политике и экономике. Indicator.Ru рассказывает, какой видят будущую климатическую повестку России климатологи, политологи, бизнесмены и чиновники.

Ответы на «проклятые» вопросы

Климатолог среди спикеров сессии был один — директор Главной геофизической обсерватории имени А. И. Воейкова Росгидромета Владимир Катцов. Он и открыл дискуссию с краткой презентации о современном статусе исследований изменений климата. Начиная с доиндустриального периода, напомнил он, среднемировая температура уже повысилась на один градус по Цельсию. Преодолен и другой психологический рубеж — концентрация CO2 в атмосфере превысила 400 частиц на миллион. Глобальное потепление не вызывает сомнений, и данные Росгидромета свидетельствуют, что на территории России оно идет быстрее, чем в среднем по планете, а в арктической зоне страны — еще быстрее. «Есть три вопроса: меняется ли химический состав атмосферы, меняется ли из-за этого климат, ответственна ли за это хозяйственная деятельность человека. На все три вопроса современная наука с высокой степенью вероятностью дает нам утвердительный ответ», — заключил Катцов.

О моделях будущего развития климата директор обсерватории рассказал куда осторожнее, отметив большую сложность климатических процессов и разброс прогнозов. Однако подчеркнул, что не исключено полное освобождение Арктики от льда на летний сезон. Изменение температур в этой зоне уже сейчас приводит к деградации многолетней мерзлоты. Заметен ущерб и от так называемых высокоимпактных погодных событий — ураганов, наводнений, засух.

Рассуждения о том, как миру следует справляться с переменами, Катцов оставил экспертам по геополитике, лишь предупредив, что климатическая система, похоже, довольно инертна, и эффект от любых сегодняшних действий проявится только во второй половине XXI века. Именно в связи с этим, по его мнению, в Парижском соглашении 2015 года большая часть посвящена уже не смягчению антропогенного воздействия, а адаптации к неизбежному. В российской климатической доктрине, заметил климатолог, адаптации было уделено внимание еще в 2009 году. В этом смысле климатическая политика поворачивается от герценовского «Кто виноват?» к «Что делать?» Чернышевского.

«Разговор о том, что вы легкие планеты, забудьте»

Дальше дискуссия перешла к заявленным политическим темам. Модератор сессии, главный редактор журнала «Россия в глобальной политике» Федор Лукьянов еще в начале беседы отметил, что вопрос климата в ближайшем будущем будет влиять на политику независимо от содержания научной дискуссии по теме, и выступление Катцова это только доказывает. «Фактически речь идет уже об адаптации, и это разумно, потому что человеческие усилия явно не всемогущи… Но специалисты будут обсуждать адаптацию, а политики, которым надо «продавать» это общественности, будут говорить о спасении, что мы и видим», — отметил журналист. С этого момента призрак Греты Тунберг уже не покидал площадку.

Профессор Московской школы управления «Сколково» Николай Дурманов перешел к тем политическим решениям, которые уже меняют структуру экономики. Наиболее важной мерой он назвал введение разными странами карбонового налога, которое он сравнил с майнингом криптовалют. По словам Дурманова, те страны, которые будут владеть спутниковым оборудованием и моделями, используемыми для расчета эмиссии и секвестрации углекислого газа на конкретных территориях, будут делать деньги из воздуха. Налоги за выбросы парниковых газов — способ отдельных игроков перекроить экономическое устройство мира под себя, отметил эксперт. Главная задача России, считает Дурманов, разработать свои системы контроля за выбросом и поглощением парниковых газов, чтобы не оказаться виноватее всех на планете: «Придут к нам и скажут … "Разговор о том, что вы легкие планеты, забудьте. Вы — почки или печень планеты, или какой-нибудь другой малосимпатичный орган"».

Специальный представитель Президента РФ по вопросам природоохранной деятельности, экологии и транспорта Сергей Иванов, говоря о политической важности климатической повестки, посетовал, что на дискуссии нет других ученых, кроме представителя Росгидромета. По его словам, в научной среде есть и мнения, что изменения цикличны и не связаны с антропогенным воздействием. А политики, по мнению Иванова, не прислушиваются к продолжающейся научной дискуссии по сиюминутным причинам: «В современной обильно манипулируемой коммуникационной среде климатическую повестку будут все чаще использовать для решения политических задач, в том числе для дискредитации оппонентов».

Когда компьютеры были зелеными

Хотя политическую панику по климатическим вопросам Иванов считает преждевременной, нарушение баланса между природой и цивилизацией, подчеркнул он, отрицать нельзя, и человечеству необходимы новые технологии, которые не будут для биосферы таким тяжелым прессом. Словом, природоподобные. В их числе спецпредставитель президента назвал необходимый из-за все нарастающего вала цифровизации «зеленый компьютер», точечную агрохимию, использование бытовых отходов как возобновляемого источника энергии. Чтобы добиться из развития, климат и экология, по мнению Иванова, должны стать национальным приоритетом во всех областях, а не только в нацпроекте «Экология».

Формирование собственной климатической повестки в России осложнено, подчеркнули на дискуссии представители научного сообщества, недостаточно оснащенной наукой. Например, рассказал Катцов, по мощности суперкомпьютеров, необходимых для климатических прогнозов (а значит, и понимания, к чему придется адаптироваться), страна сильно отстает. Впрочем, Сергей Иванов сообщил эксперту, что он просто не там ищет мощные суперкомпьютеры: лучшие, как и в США, стоят в ядерных центрах, так что климатологам надо обращаться в Саров, а не в МГУ и не в Сбербанк. Профессор факультета политических наук и социологии Европейского университета в Санкт-Петербурге Олег Хархордин отметил другую проблему: у России нет базы для полноценного участия в диалоге о климатических проблемах, а именно сети мультидисциплинарного мониторинга «критической зоны» — условной пленки на поверхности планеты, в которой человечество ведет большую часть деятельности. Так что и данных для построения обоснованных прогнозов нет, значит, о вычислительных мощностях пока рано думать.

О том, как идет адаптация промышленности к новым политическим и к меняющимся климатическим условиям, рассказал председатель правления «СИБУР Холдинг» Дмитрий Конов. Начал он скорее за упокой. В арсенале самых «карбоновыделяющих» отраслей отсутствуют реалистичных методов сокращения эмиссии CO2: и авиакомпании, и нефтные компании в своих обещаниях говорят почти исключительно о том, что будут сажать очень много деревьев, посетовал предприниматель. «Потом закончится земля, нельзя будет выращивать еду, значит, с CO2 таким образом поборемся», — мрачно пошутил Конов. Однако есть и технологические тенденции, которые промышленность уже начинает использовать. Это замена материалов на более экологичные в производстве, повторное использование ресурсов и экономика замкнутого цикла, переход к возобновляемой энергии и строительство менее энергоемких зданий. По мнению Конова, в ближайшее десятилетие бизнес к таким переменам будут подталкивать не только экономическая целесообразность и добрая воля, но и государственное регулирование.

Дискуссию подытожил помощник Президента РФ, председатель попечительского совета РНФ Андрей Фурсенко. Он поддержал тезис Хархордина и Дурманова о необходимости собственных систем мониторинга и контроля за климатическими изменениями и выбросами, а также обратил внимание на распространенную во многих дискуссиях о климатических изменениях несправедливость: ни в одной сфере, кроме транспорта, не говорят о роли потребителей в эмиссии парниковых газов. Между тем, например, в пищевой цепочке это важнейший фактор.

Но главной проблемой постепенно становится использование цифровых ресурсов. «Считается, что уже к середине века минимум половина энергии будет уходить на цифровую экономику. При этом 90% данных, которые передаются и хранятся, никогда не используются», - отметил чиновник. Но ограничить или обложить налогами эту сферу, по мнению Фурсенко, еще сложнее, чем сферу производства продуктов питания. Гипотетический «зеленый компьютер» может решить только часть проблемы. В заключение Фурсенко предложил не вписываться в «хор алармистов», а рассматривать климатические проблемы комплексно, не замалчивая ни отрицательные, ни положительные стороны.

Екатерина Ерохина

Похожие новости

  • 16/11/2018

    В ИНГГ СО РАН связывают развитие экономики регионов с улучшением их экологической ситуации

    ​​Расчеты сотрудников Института нефтегазовой геологии и геофизики им. А.А. Трофимука СО РАН и Федерального исследовательского центра угля и углехимии СО РАН показали: необходимо увеличить долю экологически чистых источников энергии в топливно-энергетическом комплексе России.
    999
  • 18/06/2020

    Подведены итоги Московского академического экономического форума-2020

    ​31 мая 2020 года завершил работу второй международный Московский академический экономический форум-2020, организованный Российской академией наук (РАН), Вольным экономическим обществом России (ВЭО России) и Международным Союзом экономистов (МСЭ).
    423
  • 25/11/2016

    Россияне всерьез захотели перемен

    К какому будущему мы, дорогие товарищи, стремимся? На этот вопрос обыватель советских времен машинально ответил бы: "К светлому". Сейчас многое в России изменилось, и устремления тоже. После череды реформ и кризисов, последний из которых отмечает ныне двухлетнюю годовщину, люди почти не реагируют на призывы и лозунги.
    1705
  • 09/08/2019

    Кто возьмет ответственность за землетрясения?

    ​У кого-то слово «землетрясение» не вызывает никаких ассоциаций, но те, кто его прочувствовал на себе, осознают, насколько это страшно. Никакой фильм-катастрофа не передаст те ощущения паники и беспомощности, что испытывает человек в этот момент.
    696
  • 08/07/2020

    Председатель совета РФФИ — о второй волне пандемии и новых партнерах фонда

    Как коронавирус повлиял на программу «коронавирусных» исследований, какие глобальные проблемы можно решить совместно с базирующимся в Австрии Международным институтом прикладного системного анализа и кто найдет след человека в изменениях экосистемы Земли, главному редактору Indicator.
    861
  • 01/03/2016

    Виктор Ивантер: Кто сказал, что нефть - это проклятье?

    Есть расхожее объяснение кризису - на Россию наложено сырьевое проклятие, и сейчас наступил час расплаты. Конечно, это метафора. Все прекрасно понимают, что наличие собственных ресурсов - это не проклятие, а божья благодать.
    1150
  • 31/05/2016

    Академик Александр Чубарьян: наука, культура и образование сильнее всяких санкций

    ​Академик, научный руководитель Института всеобщей истории РАН Александр Чубарьян рассказал о том, как российские ученые разрушают новые и старые клише о России, с какими сложностями они сталкиваются и как складываются отношения с учеными тех стран, где русофобия достигает своего пика, а также о том, как идет реформа преподавания истории России.
    2764
  • 18/01/2016

    Кризис "выбивает почву" из-под газопровода "Алтай"

    ​Министр экономического развития РФ Алексей Улюкаев допустил возможность переноса начала поставок газа по западному маршруту - газопроводу "Алтай" (также известен как "Сила Сибири-2").
    2382
  • 19/12/2019

    Администратор или апостол: каким видят научного лидера

    Кто из великих ученых стал бы лучшим научным лидером сегодня, верна ли оценка Стругацкими исследователей-администраторов, каков общий ингредиент успешного многомиллиардного стартапа и прорывного научного проекта и как найти равновесие между поверхностной междисциплинарностью и углублением в узкую тему, читайте в репортаже с круглого стола о научных лидерах, прошедшего на VI Конгрессе «Инновационная практика: наука плюс бизнес», организаторами которого выступили МГУ и компания «Иннопрактика».
    613
  • 17/01/2018

    Виктор Ивантер: Зависимость экономики от добычи сырья растет

    Скромный экономический рост, достигнутый в прошлом году (по предварительной оценке Минэкономразвития, он составил от 1,4 до 1,8 процента), на три четверти был обеспечен добывающими отраслями. Это тревожный признак: впечатление такое, что зависимость экономики от нефти и газа не только не снизилась, но и возросла.
    1539