Государственная публичная научно-техническая библиотека Сибирского отделения Российской академии наук (ГПНТБ СО РАН) — один из ведущих научно-исследовательских центров страны, крупнейшая библиотека в России и за Уралом, государственный универсальный депозитарий Сибири, координационный и методический центр информационно- библиотечной системы РАН.

Последние годы поставили академические библиотеки перед серьёзными вызовами. Структурная реорганизация системы, сокращение бюджетов, цифровая трансформация общества и необходимость построения востребованной системы сопровождения научной и образовательной деятельности лишь небольшая часть текущих вопросов, с которыми пришлось столкнуться.

У пользователей и исследователей формируются новые запросы, в соответствии с которыми библиотеки становятся центрами коммуникации культуры, науки, бизнеса и образования, местами для работы и личного развития, общения и интеллектуального отдыха.

Как осваивать перспективные научные фронты и преодолеть самоизоляцию от мирового контекста? Как сформулировать приоритетные направления исследований и определить недостающие ресурсы и компетенции? К обсуждению этих и других вопросов мы пригласили директора ГПНТБ СО РАН Андрея ГУСЬКОВА.

— Андрей Евгеньевич, история ГПНТБ СО РАН насчитывает уже более 100 лет. Расскажите об основных вехах становления и развития учреждения, поделитесь главными достижениями.

— На самом деле у нас несколько дней рождения. 17 июля 1918 г. в составе Высшего Совета народного хозяйства была организована библиотека научной и технической литературы. Вероятно, это была первая библиотека, созданная при советской власти. В 1927 г. на базе её, и не только её, фондов была образована Государственная научная библиотека (ГНБ). Спустя пять лет она становится центральной библиотекой крупнейшего индустриального ведомства страны — Народного комиссариата тяжёлой промышленности. А сразу после окончания войны, в 1946 г., — новое ведомство и новые задачи: при передаче в Министерство высшего образования СССР библиотеке дан межведомственный статус и теперь она должна обслуживать всех инженерно-технических и научных работников СССР.

Второй день рождения — 17 октября 1958 г. В разгар строительства новосибирского Академгородка его основатель академик М.А. Лаврентьев ребром поставил вопрос о том, что научная инфраструктура — это не только институты, приборы, дома для учёных и прочие бытовые вещи, но и доступ к научному знанию: новому научному центру нужна самая современная библиотека. В этот день выходит постановление Совета Министров СССР о создании на базе ГНБ двух библиотек: ГПНТБ Сибирского отделения Академии наук СССР в Новосибирске и ГПНТБ СССР, подчинённой Государственному комитету по науке и технике, — в Москве. Книжный фонд бывшей ГНБ насчитывал к этому времени около 3,2 млн томов. Значительная часть его подлежала перебазированию в Новосибирск, в центре которого уже разворачивалось строительство уникального здания, обеспеченного новейшим для того времени оборудованием. Четыре года длился переезд фондов, шесть лет строилось здание с четырьмя подземными этажами книгохранения, и — ещё одна веха — 17 октября 1966 г. состоялось открытие нового здания библиотеки для читателей.

Надо сказать, что трепетное отношение к своей истории и памятным датам свойственно большинству библиотек. Поэтому мы в том или ином виде отмечаем все три дня рождения. Выглядит довольно забавно: с 2016 по 2018 г. мы отмечали 50-, 60- и 100-летний юбилеи. Но это помогает нам осознавать своё предназначение.

После переезда в Новосибирск было ещё много важных событий: получение обязательного экземпляра, создание регионального центра межбиблиотечного абонемента (МБА), аспирантуры, диссертационного совета, издательского центра и т.д. Самая поздняя веха связана с реформой российской науки и объединением научных организаций, которые не миновали и нас. В 2017 г. у нас появился новый филиал за счёт присоединения Сибирской научной сельскохозяйственной библиотеки (СибНСХБ). Этот своего рода династийный брак существует уже три года, и мне хочется верить, что от этого выиграли все стороны: и учредители, и библиотеки, и их читатели.

Что же касается главных достижений, то они у нас ещё впереди.

guskov-1 

 

— Что представляет собой библиотека сегодня? Каковы основные цифры: объём фонда, численность сотрудников, статистика и портрет читателя?

— Сегодня в ГПНТБ СО РАН работают около 400 человек, из которых более половины — это библиотекари, свыше 50 исследователей, в том числе 11 докторов и 31 кандидат наук. Общий объём фондов — 10,5 млн изданий; ежегодно он возрастает примерно на 100 тыс. единиц за счёт поступлений обязательного экземпляра. Мы являемся методическим центром 60 библиотек Новосибирского, Бурятского, Иркутского, Кемеровского, Красноярского, Омского, Томского, Тюменского и Якутского научных центров. Наша основная аудитория — это учёные, специалисты с высшим образованием, аспиранты и студенты. В последние годы мы активизировали работу с различными профессиональными сообществами, школами, колледжами и вузами и уже не так сильно сфокусированы на научном сегменте. Важно, что в последние три-четыре года нам удалось преодолеть многолетний спад читательской активности и выйти на позитивный тренд. Так, в 2019 г. мы зафиксировали 10%-ное увеличение числа тех, кто приходит в библиотеку именно за книгой, и это не считая посетителей многочисленных и разносторонних массовых мероприятий.

— Какова сегодня общая ситуация с финансированием ГПНТБ СО РАН? Если говорить о внебюджетных доходах, то какую они занимают долю?

— Бюджетное финансирование библиотеки было моей головной болью на протяжении всего времени. Дело в том, что в 2014 г. при переходе из ведения Российской академии наук в Федеральное агентство научных организаций с нас сняли более 10% бюджета. В последующие три года из общего сокращения расходов на фундаментальные научные исследования мы потеряли ещё примерно столько же. Присоединение СибНСХБ дало дополнительную финансовую нагрузку, которую нам обещали компенсировать, но этого сделано не было. В итоге к 2019 г. мы имели –20% от финансирования 2013 г. при 30%-ной инфляции, росте коммунальных тарифов и налогов. По сути, это условия, в которых обычно ставятся задачи оптимизации и выживания, а не развития. В похожей ситуации оказались и другие, как их раньше называли, академические библиотеки.

Тем не менее нам удалось запустить новые направления деятельности, связанные с проведением мероприятий, образовательной и издательской деятельностью, созданием новых информационных ресурсов и автоматизацией библиотечной деятельности. Всё вместе это позволило увеличить внебюджетные доходы примерно в два раза. И хотя сейчас это лишь 5% в общем бюджете библиотеки, они дают нам важное пространство для манёвра и развития.

Необходимо отметить, что академическим библиотекам наконец удалось сфокусировать внимание Министерства науки и высшего образования РФ на актуальных проблемах и вместе скорректировать бюджет 2020 г. до приемлемого уровня. В нашем случае это уровень 2013 г., но проведённая за это время оптимизация расходов даёт, как ей и положено, повод для оптимизма.

guskov-6 

 

— Как развивается наука в библиотеке? Каковы основные направления исследований?

— Библиотековедение и книговедение — это традиционно сильные наши области, благодаря которым ещё в прошлом веке за ГПНТБ СО РАН закрепилась слава ведущего научного центра. Проводятся исследования «книжного фронта» во время Второй мировой войны, самиздата в советское время и современного книгоиздания. Сохраняется традиция проведения археографических экспедиций по регионам Сибири, ежегодно пополняющих уникальный фонд отдела редких книг и рукописей новыми находками, каждая из которых создаёт новые оттенки на полотне российской истории XV–XIX вв. Например, изданный в прошлом году каталог рукописных памятников уникальной частной коллекции певческих книг знамённой и линейной нотаций. В нём собраны рукописи середины XVII в. — переломного периода в развитии русской церковной музыки, связанного с переходом от древнерусской традиции к музыкальной культуре Нового времени.

Мы осваиваем и новые научные фронты. Нам интересны, например, контент-анализ и вебометрические исследования сайтов библиотек, и интересны они не только нам: мы видим, что эти работы хорошо цитируются. В 2018 г. Сибирское отделение Российской академии наук поддержало создание на базе ГПНТБ СО РАН Центра наукометрических исследований, и по этой тематике у нас уже достаточно много публикаций в высокорейтинговых журналах.

Вообще, за последние пять лет мы сделали качественный шаг вперёд: если в 2015 г. все публикации были в сугубо российских журналах, то в 2019-м уже более 30 статей наших сотрудников проиндексированы в международных базах данных Web of Science и Scopus. Ежегодно у нас есть пять-шесть грантов Российского фонда фундаментальных исследований. Этой работой занимается Учёный совет нашей библиотеки, перед которым стояла и продолжает стоять задача вывести наши исследования на мировой уровень.

И вот тут очень важно отметить, что это проблема для всей российской библиотечной науки, которая, так уж получилось, в какой-то момент окуклилась и выпала из мирового контекста, за редкими исключениями. Это особенно хорошо видно на примере профильной научной периодики: российские исследователи не только крайне редко публикуются в зарубежных англоязычных журналах, но и, судя по спискам пристатейной литературы, вообще их не читают. Зарубежные коллеги, в свою очередь, ещё реже цитируют российские статьи, да и вообще про наши исследования мало что знают. Эта самоизоляция продолжалась довольно долго и не могла не привести к отставанию, которое сейчас приходится навёрстывать. Хотите примеры? Проблемы открытого доступа за рубежом широко обсуждаются уже как минимум 10–15 лет, есть государственные программы поддержки (европейский Horizon-2020 работает с 2014 г.). В России открытый доступ стали обсуждать два-три года назад, а национальную стратегию ещё даже не начинали разрабатывать. Как следствие, у нас пока очень мало институциональных репозиториев научных публикаций, страдает видимость наших исследований в мире, наших учёных реже цитируют. Актуальнейшая тема, звучащая на всех последних библиотечных конференциях вплоть до IFLA, — управление исследовательскими данными. В России её даже не начали обсуждать; боюсь, сама проблема у нас ещё не конца осознана.

Самое важное сейчас, на мой взгляд, понять этот разрыв, принять факт его существования, сформулировать приоритетные направления исследований, определить недостающие ресурсы и компетенции и наконец сделать работу над ошибками. Для этого необходимо больше коммуницировать не только с российскими коллегами, но и с зарубежными, критически относиться к своему опыту и быть открытыми для нового, часто некомфортного, взгляда на привычные вещи.

— Эксперты отмечают, что библиотечное образование в России находится в состоянии кризиса: закрываются профильные кафедры, выпускается меньше специалистов. Как выстраивается образовательная деятельность ГПНТБ СО РАН? Действуют ли у Вас базовые кафедры, реализуются ли самостоятельные программы? С какими вузами существуют партнёрские отношения? По каким направлениям ведётся подготовка? Какую роль играет онлайн-образование?

— У нас ещё с давних времён была выстроена образовательная траектория высшей школы: совместная кафедра c Новосибирским государственным педагогическим университетом (НГПУ), где преподают наши сотрудники, затем уже на нашей базе аспирантура и диссертационный совет. С горечью приходилось наблюдать, как эту систему нам в процессе реформ постепенно демонтировали. В 2013 г. закрыли диссовет, затем перестали выделять бюджетные места для аспирантуры, а потом и в НГПУ прекратился набор на бюджетные места по нашей специальности. Хочется верить, что сейчас здравый смысл возвращается в распределительные документы и этот процесс разворачивается вспять: в нынешнем году в бакалавриате нашего педуниверситета 10 бюджетных мест, а в нашей аспирантуре осенью будет конкурс на пять бюджетных мест и ещё на какое-то количество внебюджетных.

В этих условиях мы сделали ставку на развитие наших Высших библиотечных курсов и дополнительного профессионального образования. У нас сейчас около 30 программ, по которым в 2019 г. прошло обучение более 500 человек. Сейчас форсируем перевод этих программ в дистанционный режим. Активно сотрудничаем с Корпоративным университетом «Ленинка» и Международной ассоциацией профессионального дополнительного образования.

Кроме того, в Новосибирске ГПНТБ СО РАН становится образовательным хабом: к нам всё чаще обращаются небольшие образовательные центры, желающие проводить свои обучающие мероприятия. Это не удивительно: мы удобно расположены — в центре города — и создали для этого необходимую инфраструктуру.

guskov-2 

 

— Каковы основные принципы кадровой политики ГПНТБ СО РАН? Как мотивируете и удерживаете сотрудников? Как привлекаете молодёжь?

— Когда я стал руководителем библиотеки, средний возраст в дирекции превышал 65 лет, а возраст руководителей отделов был лишь немногим меньше. Поэтому курс на омоложение руководящего состава стал единственно возможным. Повышали в должности своих сотрудников, искали кадры со стороны. Как правило, это были люди без библиотечного бэкграунда, но почти каждый раз они вносили настолько свежую струю, что вопросы по их назначению быстро отпадали. Сейчас у нас сильная управленческая команда, благодаря которой удаётся держать курс устойчивого развития, несмотря на сильную внешнюю турбулентность. Шутка ли — за последние шесть лет у нас даже учредитель уже два раза поменялся.

Что касается мотивации, то главный вызов для нас крайне банален — уровень заработной платы. Существует межведомственный перекос. Согласно майским (2012) указам Президента РФ, в учреждениях культуры, включая библиотеки, средняя заработная плата должна быть не менее 100% от региональной. И за этим строго следят, выделяя библиотекам дополнительные субсидии, так как средняя зарплата в регионе постоянно растёт. А ГПНТБ СО РАН является учреждением науки, у нас есть обязательство по поддержке уровня средней зарплаты учёных, а для библиотекарей — нет! На их зарплату нам дополнительно ничего не выделяется, и её рост мы можем обеспечивать только за счёт внутренних резервов, которые очень ограниченны. В результате получается, что в федеральной библиотеке зарплаты заметно ниже, чем в условной районной библиотеке через дорогу, хотя квалификация требуется более высокая. В этом году ситуация должна улучшиться и наиболее острые проблемы снимутся, но гонку по средней зарплате мы вряд ли выиграем.

guskov-4 

Что касается нематериальной мотивации, то это статус крупнейшей за Уралом библиотеки и вытекающие из него задачи, которые трудно найти где-то ещё: обработка еженедельного потока объёмом 2 тыс. изданий, выполнение сложных поисков по запросу читателей, проведение мероприятий на несколько тысяч человек. Кроме того, мы поощряем участие сотрудников в научной работе и есть множество примеров, когда библиотекарь становится настоящим исследователем. В общем, текучка у нас небольшая: я вижу, что люди дорожат своей работой.

— Популярные темы: блокчейн, распределённые ресурсы, умные контракты… Насколько эти технологии, на Ваш взгляд, актуальны для библиотек?

— Для российских библиотек блокчейн-технологии актуальны примерно так же, как беспилотные технологии — для «Жигулей». Ну или как эстетические потребности — для человека, который живёт впроголодь, если вспоминать пирамиду Маслоу. Это же ведь тоже разговор про потребности отрасли, а они сейчас другие. Вот сюжет про модельные библиотеки, ремонт, меблировку, новые пространства действительно важен. Даже в нашей библиотеке федерального уровня есть залы, в которых ремонт не делали 50 лет, с момента основания. Бессмысленно ждать наплыва читателей, если не предоставить им ожидаемый уровень комфорта.

Если же говорить о высоких технологиях, то до них нужно в буквальном смысле дорасти. Для начала библиотеки должны быть оснащены современными компьютерами и программным обеспечением. Библиотекари должны уверенно владеть цифровыми компетенциями в области поиска, безопасности, культуры работы с данными — сколько у нас таких? ИT-отрасль быстро развивается, но все (или почти все) российские системы библиотечной автоматизации построены на технологиях 15–20-летней давности. Более того, сейчас мы завязаны на стандарт MARC, разработанный 50 лет назад. Можем ли мы быть уверены, что устаревшие технологии, платформы и стандарты не являются якорем для нашей отрасли? Утрируя: стоит ли городить «умный дом» в старой избе?

Чтобы эффективно решать задачи распределённого поиска и управления ресурсами, нужно гармонизировать метаданные о книгах, электронных документах и читателях. Например, сейчас мы для обработки обязательного экземпляра закупаем базу данных новых изданий Российской книжной палаты. Но состав данных там достаточно скромный, и нам всё равно приходится самостоятельно заниматься их обогащением, а где-то и улучшать качество записей. Другие библиотеки или делают то же самое, или берут записи из других источников, или формируют сами, причём каждая — по своим правилам. Формировать единый либо распределённый каталог в таких условиях — задача очень тяжёлая и неблагодарная. Не говоря уже о том, что процесс в целом крайне не эффективен. Поэтому создание новой межведомственной системы обработки изданий представляется мне действительно масштабной и актуальной задачей. Когда она решится, можно будет и поразмыслить, куда там блокчейн прикрутить и зачем.

Наконец, есть семь федеральных библиотек, подведомственных Минобрнауки России, сотни библиотек научных организаций и университетов. Все они решают близкую задачу — сопровождения научной и образовательной деятельности, но единого вектора нет. Отсутствуют общая стратегия развития этой сети, модельные стандарты научной или университетской библиотеки, стратегия управления научно-технической информацией. Мне кажется, что в эпоху информатизации это важнейшие вопросы, которые нельзя откладывать. Если решать их последовательно и основательно, то вполне может сформироваться естественная потребность отрасли в новомодных технологиях.

guskov-2.jpg3 

 

— Как правило, российские научные библиотеки — закрытые пространства для посвящённых. Судя по активности, представленной на вашем сайте, о ГПНТБ СО РАН так сказать нельзя: квизы, квесты, «громкие чтения». Какие цели преследуете, проводя подобные мероприятия? Раскрытие фондов, расширение аудитории читателей, поиск «молодой крови»?

— Первое, с чем я столкнулся в 2016 г., — это сформировавшийся образ ГПНТБ СО РАН как абсолютного храма знаний, куда без семи пядей в лбу вообще лучше не заходить. Несколько лет мы создавали новый имидж открытого публичного пространства, где не только есть все нужные книги, но и происходит множество интересных и познавательных событий. Несколько раз в год мы проводим фестивали науки, на которые приходят тысячи школьников, и наша задача здесь — пробудить в них интерес к науке и знаниям. Мы рассчитываем, что среди них наши будущие читатели. Ежегодно вместе с Новосибирской государственной областной научной библиотекой мы проводим международный фестиваль «Книжная Сибирь» — это важный вклад в расширение культурного слоя нашего города, чьи представители ходят в театры и библиотеки. Сотрудничаем с коммерческими компаниями, которым интересно на нашей площадке реализовывать свои проекты или вести профессиональные дискуссии. Есть множество образовательных мероприятий, про которые я уже говорил. В итоге мы создаём центр коммуникации культуры, науки, бизнеса и образования — место для работы и личного развития, общения и интеллектуального отдыха.

— Как, на Ваш взгляд, следует оценивать эффективность библиотеки сегодня? Книговыдачей? Количеством мероприятий и выставок? Читателями? Заработанными или привлечёнными деньгами?

— А что подразумевается под эффективностью? Если экономика, то библиотеки убыточны по определению. Нужно ли искать наименее и наиболее убыточную?

Важно определиться, для чего мы их оцениваем. Чтобы увеличить или сократить финансирование, найти лучшие решения и сделать их модельными, обосновать приобретение новой литературы, закрыть или просто для отчётности? От этого зависят и показатели, которые нужно применять.

При этом необходимо помнить закон Гудхарта: если на основании определённого показателя вы начинаете принимать финансовые решения, то он будет терять исходный смысл. Особенно если у вас нет средств объективного контроля. Например, скажите библиотеке, что её финансирование сократится, если посетителей станет меньше, и показатель посещений почти наверняка станет увеличиваться независимо от реального состояния дел. Думаю, это не только для библиотек характерно: у нас полстраны отчитывается какими-то показателями, которые никто проверить не в состоянии. Причём если в коммерции хотя бы понятно, что методики измерения как-то к деньгам привязаны, то с социальной и культурной сферами, где работает большинство библиотек, всё значительно сложнее.

guskov-5 

 

— Наш традиционный вопрос — Ваши читательские предпочтения по жанрам и форматам.

— С точки зрения форматов и источников я всеяден. В основном из-за того, что выбирать не приходится: как, пожалуй, у любого директора, у меня всегда есть список документов и материалов, которые я должен прочитать к какому-то сроку. И этот список всерьёз доминирует над моими читательскими предпочтениями.

Более всего в последние годы меня увлёк мир «Метро 2033» — не мог оторваться. Приятно зацепил язык, которым Евгений Водолазкин написал своего «Лавра». И не могу не поделиться своим разочарованием в самом себе после прочтения «Рождённого читать» Джейсона Буга. Оказалось, я не имел представления о том, как надо читать своему ребёнку. А у меня уже двое выросли. Хорошо ещё, что с третьим есть возможность сделать работу над ошибками! Каждой книге — своё время.


 

NB!

guskov-8 

Андрей Евгеньевич ГУСЬКОВ, директор ГПНТБ СО РАН

В 2002 г. окончил механико-математический факультет Новосибирского государственного университета, в 2005-м защитил диссертацию на соискание учёной степени кандидата технических наук.

В 2010–2011 гг. — учёный секретарь Института вычислительных технологий СО РАН.

В 2011–2014 гг. — заместитель директора по научной работе Института вычислительных технологий СО РАН.

В 2014–2016 гг. — заместитель директора по научной работе ГПНТБ СО РАН.

В 2016 г. назначен директором ГПНТБ СО РАН.

Редакция благодарит ГПНТБ СО РАН за содействие в подготовке материала.

Опубликовано в номере: Университетская книга, май 2020

Источники

Андрей ГУСЬКОВ: "Главные достижения еще впереди"
Университетская книга (unkniga.ru), 18/05/2020

Похожие новости

  • 28/02/2017

    В Новосибирске пройдет лекция, посвященная применению IT-технологий в работе ГПНТБ СО РАН

     ​1 марта 2017 г. в 15.00 в малом зале ДУ СО РАН состоится лекция директора ГПНТБ СО РАН к.т.н. Андрея Евгеньевича Гуськова "О мальчике, который искал только в Яндекс". Лекция посвящена IT-технологиям, применительно к работе самой крупной за Уралом научной библиотеке — ГПНТБ СО РАН.
    2023
  • 20/07/2020

    Академик В. Н. Пармон: Вузам и научным институтам необходима ясность в отношениях

    ​​Тесное взаимодействие с университетами – одна из сторон знаменитого «треугольника Лаврентьева» и основа основ для Сибирского отделения. Недавно треугольник превратился в тетраэдр (см. «Поиск» №7 от 14.
    839
  • 28/01/2016

    Программа празднования Дней российской науки в СО РАН

    ​​8 февраля — День российской науки. Во всех научных центрах Сибирского отделения РАН с 8 по 12 февраля состоятся праздничные мероприятия. В Дни открытых дверей в институтах можно будет посетить научные лаборатории, увидеть уникальное оборудование и приборы, послушать лекции по актуальным вопросам науки, побеседовать с ведущими учеными, посмотреть фильмы о науке.
    5050
  • 03/11/2017

    Большой этнографический диктант пройдет в Новосибирске на 10 площадках

    ​​3 ноября 2017 года – единый день проведения Всероссийской просветительской акции «Большой этнографический диктант». Диктант пройдет на десяти площадках г. Новосибирска и области:  1.
    3223
  • 14/10/2016

    Директор ГПНТБ СО РАН Андрей Гуськов - о своей работе и планах по развитию библиотеки

    Так получилось, что 50-летие открытия в Новосибирске одной из ведущих научных библиотек страны — ГПНТБ СО РАН — оказалось «праздником со слезами на глазах». В конце зимы не стало Бориса Степановича Елепова, бессменно руководившего ГПНТБ СО РАН на протяжении 36 лет.
    5187
  • 03/10/2018

    Академгородок. Перезагрузка

    ​Новосибирск как центр развития науки будет перезапущен. В нем будет реализовано три мощнейших проекта и еще 22 «обыкновенных». Планируемая общая стоимость — примерно полтриллиона рублей. За настоящий прорыв.
    2248
  • 08/08/2020

    «Академгородок 2.0» будут копировать и масштабировать

    ​​​Новосибирскую программу перезапуска развития территории с повышенной концентрацией науки и инноваций берут в другие регионы. Пожалуй, наиболее востребованная новость из недавней рабочей поездки в Новосибирск министра науки и высшего образования Валерия Фалькова была про увеличение бюджетных мест в вузах региона.
    514
  • 09/12/2019

    Главные новости сибирской науки в ноябре 2019 года

    В результате анализа данных информационного портала ГПНТБ СО РАН «Новости сибирской науки» за ноябрь 2019 г. выявлены самые рейтинговые сообщения по различным категориям. В разделе «Новости РАН» самый высокий рейтинг у сообщений: 12 ноября - Выборы в РАН: первый этап голосования показал, что борьба будет ожесточенной.
    1040
  • 12/02/2016

    Памяти Бориса Степановича Елепова

    11 февраля 2016 года ушел из жизни Борис Степанович Елепов — директор Государственной публичной научно-технической библиотеки Сибирского отделения РАН, доктор технических наук, профессор, один из выдающихся деятелей отечественной культуры и виднейших представителей российской библиотечной общественности конца ХХ — начала XXI века, автор более 200 публикаций, многие из которых посвящены автоматизации информационно-библиотечных процессов и информационному обеспечению науки.
    1859
  • 13/02/2020

    Главные новости сибирской науки в январе 2020 года

    В результате анализа данных информационного портала ГПНТБ СО РАН «Новости сибирской науки» за январь 2020 г. выявлены самые рейтинговые сообщения по различным категориям. В разделе «Новости РАН» самый высокий рейтинг у сообщений: 17 января – Цепная ретракция.
    1084