При разработке месторождений под угрозой полного уничтожения оказываются сотни гектаров плодородных земель с полями, лесами и другими полезными угодьями. Природные ландшафты гибнут после масштабного техногенного воздействия. Чтобы снова вернуть их к жизни, необходимо провести целый комплекс рекультивационных работ по восстановлению нарушенных почв. 

О проблемах и перспективах этой деятельности рассказывает заместитель директора и заведующий лабораторией рекультивации почв Института почвоведения и агрохимии СО РАН доктор биологических наук Владимир Алексеевич Андроханов.
​ 
— Владимир Алексеевич, многие понимают восстановление территории как простую высадку деревьев или других растений на поврежденных участках. Так ли это?
 
— В традиционном понимании рекультивация означает возвращение нарушенных земель в повторное хозяйственное пользование. Однако сегодня перед ней должны ставиться задачи не только хозяйственного, но и общеэкологического плана. Простую высадку растений на нарушенных территориях корректнее назвать озеленением, ведь это не решает проблему восстановления почв и их функций. Для последнего мы должны создать благоприятные условия, причем не только с помощью тех или иных культур: важно задать основу, благоприятную для развития флоры и позволяющую контролировать обеспеченность влагой и основными элементами питания. Так что во время рекультивации необходимо сформировать благоприятный корнеобитаемый слой, применять различные удобрения и биопрепараты. И только после оптимизации всех условий мы можем сделать угодья соответственно поставленной цели. Это могут быть пашни, пастбища, лес — направление зависит от природно-климатических условий и наличия ресурсов, необходимых для выполнения работ. В современных реалиях в основном проводится простая лесохозяйственная рекультивация с посадкой сосны, реже лиственницы и облепихи.
 
Кроме того, в последние десятилетия большое внимание уделяется почвам, которые подвержены засолению или лишь в некоторой степени нарушены — например, при загрязнении нефтью или тяжелыми металлами. Мероприятия по восстановлению подобных земель мы называем реабилитацией или мелиорацией. 
 
— Все понимают важность рекультивации для сельской местности. Но ведутся ли какие-то проекты в крупных агломерациях? 
 
— Новосибирск уже давно стал мегаполисом, но администрация пока не уделяет большого внимания почвам, сохранившимся или даже образовавшимся в процессе развития города. Самая большая проблема, к решению которой мы должны будем подойти в ближайшие годы, — это закрытие свалок, Гусинобродской и Кольцовской, и восстановление оставшихся после них земель. Еще одна точка, где возможны проблемы — крупное месторождение антрацитов в Искитимском районе области. Пока у нас нет информации, сколько земель там нарушено — я думаю, что отвалы занимают уже около одной тысячи гектаров. Поэтому мы уже сейчас проводим поисковые исследования для решения проблем рекультивации данного места.
 
Также мы планируем продолжить работы по обследованию и зонированию территории Академгородка. К сожалению, в самом городе крайне мало зеленых уголков, и поэтому необходимо стараться сохранить то, что имеем, а при возможности сформировать зеленые насаждения в новых микрорайонах. У Новосибирска есть все возможности, чтобы поддерживать высокий уровень озеленения.
 
 
 
— Обращаются ли к вам руководители новосибирских компаний, которым нужно провести рекультивацию?
 
— Один из последних крупных проектов на территории города, в реализации которого принимал участие институт, связан с ТЭЦ-5, снабжающей электроэнергией и теплом четвертую часть города. В районе Ключ-Камышенского плато, в санитарно-защитной зоне электростанции находится несколько золоотвалов. С их поверхности постоянно выносятся пылеватые частицы, что негативно влияет на прилегающие территории, в том числе и на жилые кварталы. Руководство предприятия обратилось к нам, чтобы мы помогли решить эту проблему. Для рекультивации мы предложили использовать потенциально плодородный грунт, оставшийся от котлованов при возведении жилмассива. Это позволило закрыть поверхность, и теперь можно планировать посадку растений, создание лесополос и другие элементы ландшафтного дизайна. Большую часть негативных последствий размещения золохранилищ удалось преодолеть.
 
Также при строительстве объектов, связанных с нарушением земель на территории города, наши сотрудники проводят почвенное обследование и предлагают возможные действия по рациональному использованию земельных ресурсов.
 
— Видимо, самая сложная с точки зрения экологии территория Сибири — это Кузбасс. Как обстоит дело с восстановлением земель в Кемеровской области?
 
— В этом регионе уже почти полвека работает Атамановский рекультивационный стационар нашего института. За эти годы сотрудники ИПА СО РАН совместно с учеными Кемеровского научного центра обследовали практически все угольные районы и месторождения, находящиеся в разных природно-климатических условиях: от Горной Шории до северной лесостепи и степных ландшафтов Кузнецкой котловины. Сейчас в Кемеровской области нарушено порядка ста тысяч гектаров, из которых рекультивирована одна треть. Это территории, где закончена добыча на месторождениях, и в силу естественных причин или восстановительных работ площади были переведены с баланса добывающих предприятий. Но повторно использовать возможно лишь несколько сотен га таких земель. Это связано с низкой почвенно-экологической эффективностью рекультивационных работ. 
 
— Что же мешает эффективно вести восстановление в полном объеме?
 
— По нормативам основные мероприятия выполняются по окончании отработки участков. Причем нарушенные земли необходимо возвращать собственникам в неизменном виде. К примеру, если до разработки на том месте были территории сельскохозяйственного назначения, то они же должны быть там восстановлены и после завершения добычи. Однако это требует больших затрат времени и финансов, а иногда — просто неосуществимо. Часто компании годами оттягивают процесс закрытия месторождений, оставляют небольшие запасы, которые уже невыгодно добывать. А порой предприятие объявляют банкротом только для того, чтобы не выполнять необходимые работы. Всё это приводит к увеличению площадей брошенных, нарушенных земель. С другой стороны, сейчас, когда имеются тысячи заброшенных сельскохозяйственных угодий с невысокой стоимостью, очень сложно мотивировать недропользователей к бережному отношению к почвам. Поэтому и возникают сложности с внедрением современных высокоэффективных технологий рекультивации в практику.
 
 
 
— А есть ли у бизнес-структур свои специалисты, которые бы занимались восстановлением?
 
— Раньше на угольных предприятиях были подразделения, которые выполняли эти работы. Сейчас финансирование сокращено и таких отделов практически не осталось — в основном всем занимаются лесники совместно с недропользователями. Бизнес не заинтересован выделять большие средства, так как это отражается на себестоимости продукции, из-за чего качество дешевых экологических мероприятий оставляет желать лучшего. Поэтому основной задачей рекультивации в таких условиях остается локализация и консервация техногенных ландшафтов для сокращения негативного влияния на прилегающие территории.
 
— Возможно ли как-то ускорить восстановительные работы, не дожидаясь, пока коммерческие компании завершат добычу на конкретном участке?
 
— Теоретически и часто технологически здесь нет непреодолимых препятствий. Сейчас мы просчитываем, можно ли начать рекультивацию еще в процессе отработки месторождения. При этом предполагается формировать отвалы послойно — неспособные к почвообразованию слои укладывать вниз, а благоприятные — наверх. Это в разы сокращает затраты на восстановительные работы и позволяет выполнять разноплановые мероприятия, хотя действовать по такой схеме можно не везде и не всегда.
 
Многое в вопросах рекультивации нарушенных земель зависит от нормативной базы, которую в настоящее время нужно совершенствовать. С 13 по 18 июня в нашем институте пройдет международная научная конференция с участием монгольских, украинских и турецких коллег, а также ученых из многих регионов России — от Крыма до Дальнего Востока. Помимо научных вопросов, мы обсудим и проблемы документации. К сожалению, она не всегда соответствует требованиям проведения таких работ, а иногда даже препятствует их выполнению, ведь шаблонный подход далеко не всегда себя оправдывает. Каждый техногенный объект индивидуален, и то, что удалось в Норильске или Красноярске, не говоря уже о зарубежных странах, не всегда получится в Новосибирске.
 
 
 
— Можете ли вы дать прогноз — когда пострадавшие от бесконечной добычи земли будут приведены в первозданный вид?
 
— Практически все территории Сибири, которые уже нарушены, в ближайшее время восстановить не удастся. Там будут происходить естественные процессы, но без помощи человека почвы никогда не станут столь же плодородными. Планомерная работа по рекультивации пока ведется только в таких местах, где под угрозой оказываются здоровье людей и важные природные объекты, или в районах с дефицитом земельных ресурсов. Там, где нет таких условий, площади оставляют под естественное восстановление, а в лучшем случае проводят простейшие работы, от которых часто нет никакого эффекта. Поэтому такие земли очень длительное время будут функционировать в режиме своеобразного экоклина — территорий, не соответствующих данной природной обстановке. В то же время нам повезло, что на территории Сибири с ее просторами остаются нетронутые, малоизученные даже в почвенном плане натуральные ландшафты. Они сохранились лишь в труднодоступных районах, перспективы освоения которых до конца не ясны. Тем не менее именно такие участки позволяют сберечь экологический баланс и природное биоразноообразие.  
 
— Какие направления работ институт планирует развивать в ближайшие годы? Существует ли дефицит кадров?
 
— На сегодняшний день в азиатской части России только ИПА СО РАН является специализированным научным учреждением, которое целенаправленно исследует, инвентаризирует и детализирует знания о почвенных покровах. Высокая динамика их трансформации приводит к тому, что часто существующая в Сибири ситуация не соответствует той, что была картографирована в предыдущие десятилетия. Необходимо выявить значимость почв для баланса углерода и других глобальных экологических процессов. Также нужно понять, как нарушение земель влияет на потепление климата, ведь участки без растительности существенно подогревают прилегающие территории, что приводит к трансформации компонентов их экосистем.  
 
В последние годы работа института направлена на изучение специфики и биогеохимического статуса почвенного покрова, прогнозам его трансформации в условиях интенсивного антропогенного воздействия, а также поиска путей рационального землепользования. Все эти исследования требуют беспрерывных многолетних полевых работ и высокой квалификации специалистов. К сожалению, в новосибирских вузах такие кадры не готовятся, и сегодня в институте ощущается дефицит научных сотрудников. Несмотря на это, работы ИПА СО РАН и полученные результаты способствуют сохранению почв, которые в конечном итоге и обеспечивают условия комфортного проживания на сибирской земле.  
 
Павел Красин
 
Фото предоставлены Владимиром Андрохановым

Похожие новости

  • 22/08/2017

    Академик Алексей Конторович: Стране нужна мощная программа реиндустриализации на новом технологическом уровне

    Интервью с академиком Алексеем Эмильевичем ​Конторовичем – это вдохновенный анализ нефтегазовой истории страны, активным участником которой он является, аргументированные воззрения на современное развитие нефтегазового комплекса страны, выстраданные стратегические идеи преобразований, способные изменить экономический, политический и социальный пейзаж современной России, и конечно же рациональные прогнозы на будущее отрасли.
    1551
  • 07/02/2018

    Для пользы государства: фундаментальные исследования и прикладные работы ИНГГ СО РАН

    ​Сырьевые запасы, которыми так богата наша страна, не только являются основой для формирования достойного госбюджета, но и обеспечивают безопасность и независимость государства на долгие годы. Использовать данное нам природой разумно и максимально эффективно — вот задача, которую помогает решить Институт нефтегазовой геологии и геофизики им.
    1251
  • 15/09/2016

    Валерий Бухтияров: катализ - междисциплинарная область науки

    ​Чаепития в Академии" — постоянная рубрика Pravda.Ru. Писатель Владимир Губарев беседует с выдающимися учеными. Сегодня мы публикуем интервью с членом-корреспондентом РАН, доктором химических наук, специалистом в области физико-химии поверхности, гетерогенного катализа и функциональных наноматериалов Валерием Бухтияровым.
    1900
  • 21/06/2018

    Остров Самойловский - северный форпост сибирской науки

    Научно-исследовательская станция «Остров Самойловский» — самый северный форпост сибирской науки в Арктике. Ежегодно туда приезжают не только российские, но и зарубежные исследователи, пытаясь изучить и понять процессы, происходящие в природных сообществах, на земле и под землей.
    894
  • 12/12/2019

    Да не оскудеет земля-кормилица…

    ​Сибирь имеет большой потенциал для развития животноводства и кормопроизводства. Однако, как заявляют сибирские ученые, широкое использование этого потенциала ограничено природными почвенно-агрохимическими и эколого-биогеохимическими особенностями территории региона, прогрессирующими тенденциями деградации продуктивности сельхозугодий и техногенного загрязнения почвенного и растительного покрова тяжелыми металлами и искусственными радионуклидами.
    56
  • 14/05/2018

    Интервью с начальником управления научно-технического развития дирекции нефтепереработки «Газпром нефти» Андреем Клейменовым

    - Андрей Владимирович, расскажите о приоритетных направлениях НИОКР Газпром нефти. Что стоит на повестке дня в первую очередь?- Как известно, у нас есть утвержденные стратегические ориентиры до 2025 г.
    1221
  • 14/03/2016

    Карьера начинается с Арктики

    ​Магистрант геолого-геофизического факультета НГУ Андрей Картозия уверен, что прошедший Молодежный форум «Арктика. Сделано в России» станет трамплином для его профессиональной карьеры. Андрей работает инженером в лаборатории геоинформационных технологий и дистанционного зондирования Института геологии и минералогии В.
    3260
  • 28/03/2016

    Иван Лихенко: «Если твое учреждение реформируют, надо в этом участвовать»

    ​​В этом году Сибирский НИИ растениеводства и селекции отмечает юбилей: одному из старейших научных учреждений Западной Сибири исполняется 80 лет.  О том, с каким багажом СибНИИРС подходит к этой дате и какие задачи стоят перед селекционерами "на будущее", мы попросили рассказать его руководителя, доктора сельскохозяйственных наук Ивана Лихенко.
    1954
  • 18/01/2018

    Александр Донченко: сельхозпрактика начала обращаться к аграрной науке

    ​Сибирские ученые успешно работают над созданием новых сортов сельскохозяйственных культур и пород животных. И добиваются хороших результатов. К примеру, только за три прошедших года селекционеры вывели 102 приспособленных к местному резко континентальному климату сорта яровой пшеницы, ржи, овса, ячменя, сои, гороха, кормовых трав, льна-долгунца, картофеля, а также целого перечня овощных, цветочных и садовых культур.
    1126
  • 29/01/2019

    Брифинг: причины запыленности Новосибирска

    ​30 января состоится брифинг о результатах проведенных исследований по определению основных причин запыленности атмосферы города Новосибирска. В брифинге примут участие начальник отдела охраны окружающей среды департамента энергетики, жилищного и коммунального хозяйства города Новосибирска Мария Сидорова, начальник производственного отдела ГУБО Евгений Антонов, к.
    468