У каждого крупного озера есть институт, который его изучает. Байкалом и другими водоемами в Восточной Сибири занимается Лимнологический институт Сибирского отделения Российской академии наук, который в этом году отмечает 90-летие.

В своей области Лимнологический институт, расположенный в Иркутске, имеет самый обширный флот - пять судов, и самое большое количество сотрудников - 325 человек. Институт включает в себя 12 лабораторий, стационары в Листвянке и Больших котах, и аквариумную научную установку, на которой проводят уникальные эксперименты. Например, совсем недавно обнаружили на глубине 1400 метров считавшийся вымершим вид байкальских губок - важнейший фильтр, очищающий воду Байкала. Сотрудники института рассказали The Village, зачем регулярно погружаются на глубину Байкала, проводят эксперименты по скрещиванию рыб и ищут ответы на множество научных вопросов.

Расположение: Улан-Баторская, 3

Количество этажей: 4 этажа

Количество сотрудников: 325 человек

Дата основания: 1928 год

Годы строительства: 1986 — 1989 годы


Про институт

Наш институт, как и Институт озероведения РАН в Санкт-Петербурге, основал известный ученый-лимнолог Глеб Юрьевич Верещагин. Институтов в этой области немного - такова специфика. По оценке результативности, которую проводило министерство образования, наш институт сейчас первый в своей области. Основной упор мы делаем на Байкал, также исследования идут в Антарктиде, на северных морях и в Монголии. Изучаем экосистемы водоемов и водные организмы на уровне биологии, химии, физики, геологии и географии. Наш институт отличает мультидисциплинарность: каждая лаборатория нацелена на конкретную область, но при этом все они связаны друг с другом. К примеру, без анализа химического состава воды, который делает лаборатория гидрохимии и химии атмосферы, другая лаборатория не сможет объяснить, почему одни рыбы живут в одном месте, но не живут в другом.

Нас волнует множество вопросов. Мы исследуем, например, как произошла такая эволюция, что большая и малая голомянка полностью изменила свой геном: перестала подходить к берегу и совсем отказалась от икры? Пытаемся понять, почему байкальская нерпа может жить до 55 лет, в то время как нерпа в Ладожском озере живет только около 25 лет.

Думаю, что наиболее важное открытие из последних - это вид байкальских губок, который мы обнаружили на глубине 1400 метров. Во-первых, раньше губок обнаруживали только на глубине 600 метров и считали, что дальше они не проникают. Во-вторых, этот вид считался вымершим. Это как найти лох-несское чудовище.

Сейчас у нас немного подводных экспедиций. Своих подводных обитаемых аппаратов у нас нет. Видеокамеры, управляемые роботы и люди - тот максимум, который мы можем использовать под водой. Чаще всего мы проникаем на глубину до 20 метров, 70 метров - уже та глубина, на которой требуется серьезная подготовка.
 

 
Андрей Федотов
Директор института

 

Про себя

Как у многих директоров, рабочий день у меня ненормированный - с восьми утра до восьми вечера. Большую часть времени я занимаюсь институтом, решая разные вопросы. Кроме того, руковожу лабораторией палеолимнологии и продолжаю изучать климат прошлого. Научные исследования остаются моей отдушиной, но времени на это все меньше. Раньше, когда я не был директором, в обеденный перерыв мне даже удавалось покататься на сноуборде на соседней горнолыжке. Этим мне нравится Академгородок: здесь рядом и работа, и дом, и поблизости есть лес, где можно с детьми погулять.

Про науку

Изучение климата мы начинали с Байкала, затем перешли к Хубсугулу, изучали взаимодействие Карского моря с системой Енисея, работали в Арктике. Если вы хотите знать, что вас ждет в будущем, полезно знать, что было в прошлом. Мы изучаем осадки, которые хранятся в водоемах. В них записана вся история: какой был состав воды, какие водоросли жили, как менялась температура. Все живые организмы приспосабливаются к определенной среде, и у нас, например, нет сейчас таких условий, чтобы выпадал гипс или жили мамонты.

Если сначала мы были сфокусированы на шкалах глобального климата до миллионов лет, то сейчас стараемся изучать климат более детально с разрешением до года, чтобы иметь возможность ответить, что нас ждет, допустим, через пять лет. На Байкале мы проследили летопись до шести миллионов лет назад, и сейчас уже можно точно сказать, что период потепления скоро должен закончиться. Нет точных сроков, когда это произойдет - послезавтра, через 10 дней или через 15 лет, но через тысячу или полторы тысячи лет Земля неминуемо уйдет подальше от Солнца, и наступит похолодание.

В глобальном плане станет холоднее, но для нас это мало что изменит. Когда голландцы в 1030 году застали малый ледниковый период, у них замерзли все каналы, а температуры летом были примерно такими же, как у нас в марте.

На Байкале мы проследили летопись до шести миллионов лет назад, и можно точно сказать, что период потепления скоро закончится. Земля неминуемо уйдет подальше от Солнца, и наступит похолодание

Игорь Ханаев

Ихтиолог, старший научный сотрудник, руководитель группы водолазных исследований и подводного мониторинга

 
 

Про себя

Воду я любил с детства, в любых проявлениях. У меня было хобби - аквариумные рыбки. Дома аквариумами была заставлена целая комната. Я часами наблюдал за ними, ставил различные эксперименты, занимался разведением. Понемногу понял, что мне это по душе, и я хочу заниматься этим всю жизнь. Полностью убедился в этом, попав в первую байкальскую научную экспедицию.

В институте я работаю с 1984 года, и тогда сюда было очень сложно устроиться. По специальности мой объект изучения - рогатковые рыбы, в основном обитающие в глубоководной части озера.

Сейчас у меня довольно обширный спектр работ - экспедиции, научно-исследовательские проектные темы и участие в разной хозяйственно-договорной деятельности. В кабинете мы занимаемся документами и пишем отчеты, в другом помещении, где есть вытяжки и препаровальные столы, работаем с пробами. Водолазное снаряжение, баллоны, компрессоры, лодки и прочее экспедиционное оборудование храним в водолазке. В Листвянке у нас есть барокомплекс и стационар - там храним тралы, пробоотборники и другое тяжелое серьезное оборудование.

Про экспедиции

Экспедиции у нас проходят круглый год. Под моим руководством работает водолазная группа, которая обеспечивает материалом почти все лаборатории в институте. Мы стараемся совмещать разные работы при каждом выезде, чтобы собрать как можно больше материала.

Быть простым водолазом в научно-исследовательском институте неправильно. Отобрать несколько ведер камней и пять литров воды, не предоставив никакой информации о месте, где собран материал, - это разговор ни о чем. Исследователь должен получить как можно больше информации об объектах сбора, знать их в глаза, чтобы понимать, что от тебя просят, поэтому у нас работают водолазы-исследователи с биологическим образованием.

Подводная фотография и видеосъемка возникли как закономерная необходимость - это возможность для любого научного сотрудника увидеть глазами водолаза объект своего исследования в естественных условиях. В моем понимании, ученый, который изучает подводный мир, обязан хотя бы раз в жизни увидеть объект своего изучения в естественной среде своими глазами.

Конечно, все, что касается подводной деятельности - это чуждая для человека среда, где нужно быть предельно внимательным. Но ничего экстремального в этом нет, и под воду может сходить любой человек, у которого нет проблем со здоровьем. В экспедициях происходят и внештатные ситуации: в последнее время у нас участились случаи встреч с медведями. Здесь нужно в первую очередь владеть собой, ведь за редким исключением зверь никогда первым не бросается.

В легком водолазном снаряжении я погружался на глубину 91 метр. В глубоководных обитаемых аппаратах "Мир" - на глубину 1580 метров, это максимум. При каждом погружении всегда есть определенная программа работ. Раз в год в районе Листвянки мы проводим чистку дна акватории озера. На глубине не так много мусора, но встречается - смотря в каком месте погружаться. На мелководье чисткой можно заниматься хоть круглый год без какого-либо эффекта, особенно в местах отстоя судов.

Про карьеру

Считаю, что каждый человек должен оставить что-то значимое после себя. Для меня одно из таких мероприятий - это электрификация острова Ольхон. С 2004 года мы принимали там участие на всех стадиях - от разработки проекта до укладки кабельных линий под воду. Теперь выезжаем один раз в год для проверки состояния кабельного перехода.

В прошлом году закончили комплексный проект по обследованию Богучанского водохранилища. Есть и другая работа вне Байкала, в том числе связанная с деятельностью нефтяной компании. Мы ежегодно проводим экологический аудит природных территорий, взятых для разработки и добычи нефтяных и газовых месторождений. С нашей стороны это такой экологический контроль над деятельностью нефтяников.

Много времени в моей работе занимают проблемы, связанные с Байкалом. Их огромное количество: необузданное развитие нитчатых водорослей, активный рост цианобактерий, изменение свойств и качеств байкальской воды. Еще одна проблема - массовая гибель байкальских губок. Перед коллективом, в котором я работаю, сейчас стоит задача найти причину этой гибели. Еще в составе лаборатории ихтиологии мы проводим тралово-акустические работы по учету байкальского омуля.

Я считаю, что Байкалу нанесен серьезный ущерб в связи с отсутствием очистных сооружений и неограниченным потоком туристов. Добавим сюда БЦБК, который оставил после себя наследство с большими последствиями. Речь о серьезнейших изменениях в экосистеме озера, которые могут быть уже необратимы. Это не у всех на виду, но видно любому, кто погружается в пределах Байкала. Люблю свою работу за то, что очень часто приходится сталкиваться с чем-то новым. Отдушина - просто побывать в очередной раз на Байкале.

Ольга Кустова

Ведущий инженер лаборатории хроматографии

Про себя

В Лимнологическом институте я с 2013 года. Училась на химическом факультете ИГУ, а потом, во время магистратуры, работала на нефтехимическом комбинате в Ангарске. Правда, надолго я там не осталась: поняла, что не хватает интеллектуальной работы, и решила попробовать устроиться в научный институт. В Лимнологический мне хотелось больше всего. После окончания магистратуры я поступила в аспирантуру и потом уже начала здесь работать.

Я живу вместе с коллегой в микрорайоне "Луговое", в служебной квартире, которую предоставил институт. Добираться до работы вполне удобно: есть прямой маршрут, рядом автобусная остановка. Сам Академгородок для меня особенный район. Тут хорошая атмосфера, много зелени, приветливые и интеллигентные люди. Мне нравится, что у Иркутского научного центра есть еще и спортивная жизнь: зимой многие катаются на лыжах, весной начинают бегать кроссы. Ко Дню Победы в конце апреля устраивают эстафету, маршрут которой проходит через несколько научных институтов.

Сейчас я ведущий инженер в лаборатории хроматографии. Мы разрабатываем методики определения различных классов стойких органических загрязнителей в водных экосистемах. Пока мне не удалось побывать в экспедиции, сейчас я больше сосредоточена на защите кандидатской диссертации. С материалами своей работы я уже выступала на научных конференциях в разных городах России и на Международном симпозиуме по капиллярной хроматографии в Италии.

Про работу

Воду для анализа отбирают по определенной схеме, которая включает от 17 до 25 точек и охватывает всю акваторию озера и его притоки - реки Утулик, Снежную, Солзан, Мурино и другие. Наибольший уровень загрязнения фиксировали в южной части Байкала - в Листвянке, Слюдянке, Култуке, реже в Северобайкальске.

В Байкале, особенно в промышленной зоне, до сих пор фиксируют основной класс органических загрязнителей, запрещенных Стокгольмской конвенцией. Эти вещества в 30-70-х годах производили в промышленных масштабах, а позже выяснилось, что они обладают канцерогенным действием и могут приводить к различным заболеваниям в результате долгого воздействия на человека.

В целом за 20 лет уровень концентрации загрязняющих веществ стал выше везде. Это всемирная проблема. Важно понимать, что речь идет о фоновом загрязнении, которое определяется в пико- и нанограммах на литр. Повлиять на фоновое загрязнение, которое возникает в результате глобального атмосферного переноса, невозможно. Поэтому важно контролировать содержание загрязняющих веществ в природных и биологических объектах. Например, мы наблюдаем процесс накопления химических загрязнителей в процессе роста рыбы - это важно, потому что мы ведь тоже являемся живым организмом. Еще мы можем выявлять участки с локальным загрязнением, и здесь уже предпринимать какие-то меры.

Мне нравится работать в институте. Здесь дают свободу мысли, возможность ставить перед собой разнообразные научные вопросы, обсуждать их с коллегами, советоваться с научным руководителем и подходить к любой проблеме комплексно. Это делает работу не рутинной и интересной.

Аквариумный комплекс

Аквариумный комплекс находится в цокольном этаже института. Это два помещения, где внебольших аквариумах и чашах живут мальки и взрослые особи, среди которых как чистые виды, так и гибриды. В холодильниках-инкубаторах хранится материал для исследований, которые проводят микробиологи. В каждом инкубаторе установлена конкретная температура для каждого исследования и централизованная система "день-ночь", которая по заданной программе меняет освещенность в инкубаторе.

Здесь проводят уникальные эксперименты: скрещивают различные виды рыб - например, сига и омуля. После скрещивания особь может стать более здоровой, жизнеспособной. В аквариумном комплексе исследуют, как легко молодые и взрослые рыбы могут переносить сильные звуки, колебания температур и изменение состава воды, изучают разнообразие микроорганизмов рыб, чтобы оценить их иммунную защиту. Также ученые тестируют стимуляторы роста, созданные Иркутским институтом СО РАН имени А.Е. Фаворского. Аквариумным комплексом пользуются и другие организации, в частности - форелевое хозяйство, где уже живут рыбы, выращенные в Лимнологическом институте.

Еще здесь выращивают не только рыб, но и живой корм для них - дафний и живых червей. Для этого сотрудники института часто приносят сюда просроченный кефир и хлеб.

Институт имеет аквариумные мощности и в Листвянке, где используется проточная байкальская вода. В Иркутске применяют водороводную воду, которая благодаря удачному расположению водозабора близка к байкальской, что позволяет проводить весь цикл выращивания рыбы, начиная с икры.

Анастасия Мамонтова

 

Похожие новости

  • 29/08/2016

    Дмитрий Гладкочуб: фундаментальная наука - прерогатива великих государств

    ​Новый директор иркутского Института земной коры СО РАН профессор РАН Дмитрий Петрович Гладкочуб рассказал о движении древних суперконтинентов, реформе РАН и статистике научных публикаций.Специфика геологических исследований в Восточной Сибири заключается в уникальности и многообразии сосредоточенных здесь объектов, принадлежащих двум совершенно контрастным по своему строению структурам макрорегиона: Сибирскому кратону и Центрально-Азиатскому складчатому поясу.
    1741
  • 11/10/2017

    Появилась еще одна версия причин дефицита осадков в бассейне озера Байкал

    «Великая сушь» на Байкале продолжается уже третий год. Снижению уровня Байкала способствовали энергетика и сельское хозяйство Китая. Таков один из предварительных выводов исследования, проведенного под эгидой Российского национального комитета содействия программе ООН по окружающей среде.
    595
  • 06/04/2017

    Директор ЛИН СО РАН: Содержание омуля в Байкале не такое низкое

    Востсибцентр выдает данные о количестве зашедшего омуля в реки, а это всего 5% от всей половозрелой рыбы на Байкале. Содержание омуля в озере не такое низкое, утверждает директор Лимнологического института Сибирского отделения Российской академии наук Андрей Федотов.
    847
  • 21/12/2017

    Байкал хотят зажать в метровых тисках

    Ужесточать диапазон колебаний уровня озера было бы непродуманным и необоснованным решением, считают ученые. Общественники выступают против проекта постановления правительства РФ, которое разрешит Росводресурсам регулировать уровень озера Байкал в зависимости от условий водности.
    345
  • 30/01/2018

    При обсуждении проблем Байкала эмоции не должны превалировать над фактами

    ​О Байкале сказано и написано немало. Начиная от восторженных публикаций о том, что Байкал – кладовая природных ресурсов (с чем не поспоришь) и колодец планеты (к этому образу тоже, как говорится, не придерешься) до грустных сентенций на тему «великое море уже обмелело» (полная чушь).
    337
  • 28/05/2016

    Эксперты утверждают, что Байкал не повторит судьбу Арала из-за ГЭС на Селенге

    ​Байкал не повторит судьбу Аральского моря - это невозможно при условии разумного регулирования его стока на иркутском побережье и действенных предложений для Монголии в сфере энергетики. Об этом  заявил директор Байкальского института природопользования (БИП) СО РАН Ендон Гармаев.
    1269
  • 17/04/2017

    Иркутские ученые ждут решения властей

    Статс-секретарь минприроды отправил письмо в адрес Российской академии наук, а оттуда оно пошло по кругу, пока не дошло до Байкала - академику РАН М.А. Грачеву и д.г.-м.н. А.П. Федотову. Если текст этого официального письма перевести на понятный массовому читателю язык, то суть его вот в чем.
    717
  • 04/05/2017

    Спецвыпуск журнала «Вестник РФФИ» посвящен озеру Байкал

    ​Очередной темой спецвыпуска журнала «Вестник Российского фонда фундаментальных исследований» стало озеро Байкал. Предыдущие два выпуска издания были посвящены вулканам Камчатки и Долине гейзеров в Кроноцком заповеднике.
    1418
  • 14/11/2017

    Юбилей академика Михаила Ивановича Воеводы

    ​Михаил Иванович Воевода родился 14 ноября 1957 года в Новосибирске. После окончания в 1982 году Новосибирского Государственного Медицинского Университета обучался в клинической ординатуре по специальности «внутренние болезни».
    791
  • 27/08/2016

    Десятая Международная конференция «Bioinformatics of Genome Regulation and Structure\Systems Biology», BGRS\SB-2016

    С 29 августа по 2 сентября 2016 года Федеральный исследовательский центр Институт цитологии и генетики Сибирского отделения Российской академии наук (ИЦиГ СО РАН, Новосибирск, Россия) проводит юбилейную 10-ую Международную мультиконференцию по биоинформатике регуляции и структуры геномов и системной биологии (Bioinformatics of Genome Regulation and Structure\ Systems Biology — BGRS\SB-2016).
    2368