Его любимый герой в истории – Пётр Столыпин, а географию он считает главной наукой. Корреспондент ИА “SM-News” беседует с руководителем Байкальского института природопользования, академиком Российской академии наук Арнольдом Тулохоновым.

— Арнольд Кириллович, будучи сенатором, вы были единственным, кто выступили против реформы Российской Академии Наук. Вы говорили, что в нашей стране наука относится к категории второго сорта. А в прошлом году, по-моему, в начале лета, вы заявили на одном из местных телеканалов о том, что власти наконец-то заговорили на языке науки. В связи с этим вопрос: Бурятия может стать центром науки на востоке России?

— Это, наверное, голубая мечта, но до этой мечты, как до коммунизма, слишком долго идти. В советское время, мы помним проводились так называемые конференции по развитию производительных сил Сибири, республики Бурятии, когда обком партии собирал, так скажем, умы и власть, обсуждал все проблемы, начиная с БАМ, Тугнуя,  Гузиноозёрской ГРЭС. Всё это обсуждалось и затем вводилось в партийные документы и под партийным контролем. Сегодня Дальневосточный Федеральный Округ вместе с Арктикой занимает большую половину страны. И сегодня Мурманск подчиняется Владивостоку. Вы можете представить себе, какая огромная это работа и она нереализуемая. В документе, который называется «Стратегия пространственного развития России» обозначено 20 макрорегионов. То есть, это делается для того, чтобы в Москве чиновник лучше управлял Россией. А зачем ему нужны эти 85 субъектов, лучше 20, лучше вообще 5, ну и так далее. На самом деле любое укрупнение – это есть уничтожение периферии.

— Руководство сегодня говорит, что мы должны в первую очередь развивать Восточный регион…

-Говорить и делать – совершенно разные вещи. Вот недавно мы проводили анализ того, что было сделано в реформенный период, послереформенный и в период плавного хозяйства. Мы помним, в Бурятии процветали электромашинный завод, теплоприбор, тонкосуконный комбинат, фабрика верхнего трикотажа, завод мостовых конструкций. А где это все сейчас? Сегодня всю нашу экономику спасает Улан-Удэнский авиационный завод.

— 20 марта — Всемирный день Земли. Скажите, пожалуйста, как она себя чувствует в условиях глобального потепления, климата, пожаров, исчезновения рек, озёр?

-Сегодня мы отчётливо видим, что наступает аридизация. В первую очередь за счёт повышения летних температур. Это общая тенденция в северном полушарии, но в зависимости от регионов, она проявляется по-разному. У нас это опустынивание, в сочетании с тем, что мы очень нерационально используем землю. Все это не позволяет нам развивать многие виды хозяйств, которые были привнесены ещё в плановую эпоху. Вы помните, у нас были тонкорунные овцы, но кто-то решил ввозить чёрно-пёструю породу, надеясь завалить молоком всю республику. Но, к сожалению, их результативность сегодня не видна. Потому что там делалось без особой системы. Сегодня нам нужна потребкооперация, которая бы систематизировала сельскохозяйственное производство, переработку и сбыт. Фермер ведь не может бегать с ведром молока и его продавать.

 — Согласитесь с тем, что еще тридцать лет назад Бурятия была закрытым регионом. В конце 2000-х благодаря научным экспедициям «Миры на Байкале»,  мировое сообщество узнаёт о Бурятии. Скажите, пожалуйста, с высоты сегодняшнего дня, о каких итогах тех экспедиций можно говорить?

К сожалению, с точки зрения экономики, бренд Байкала республикой  не используется в той мере, которой нужно. Ну, вы помните, что погружался Путин, Кудрин, погружались все наши руководители.  Они же все пообещали: давайте будем вам помогать. Мы, ученые, предложили несколько вариантов, но сегодня ничего так и не реализовано. Более того, продолжают выпускаться документы, ограничивающие нашу с вами жизнь. Сегодня вот скандал с водой байкальской в Култуке. Это меня очень и очень удивляет. В принципе, разливать воду особого ущерба нет. Но таким образом за счёт китайского или иностранного капитала делать нельзя. В первую очередь, должны быть учтены интересы местного населения. Я недавно писал письмо Медведеву, в агентство национальных стратегических инициатив: давайте сделаем акционерное общество, в котором есть паи местных жителей, в первую очередь, входящие в центральную зону. На эти деньги построим несколько таких заводов. Но эти проекты должны решать не только частные интересы, но и природоохранные. Три года назад Египет построил вторую нитку Суэцкого канала, причём построили на паи жителей. За одну неделю люди собрали восемь миллиардов долларов и за два года построили вторую нитку. Потому что это интерес страны, населения. Если мы таким же образом на свои деньги построим два-три завода, тогда возможности ста миллиардов тонн пресной байкальской воды можно развивать без особого ущерба. Но нужно решить вопрос о законах, об инвестициях, о собственности, о маркетинге. Это, я считаю, прерогатива государства.

— То есть, вы не видите никакого экологического ущерба?

— Ущерба здесь нет никакого. Вопрос здесь в собственности, реализации, кому это нужно. Ну, если местным жителям это не нужно, и  они видят, как гадят их родную землю, они естественно задаются вопросом: а где мой интерес? И мы всегда должны учитывать интерес местного человека. Если нет местного интереса, вы помните, как запретили рубить местный лес, ловить рыбу в Усть-Баргузине, восемь тысяч жителей написали петицию, а зачем нам такой закон? Я видел примеры, когда местным жителям говорят: идите тушить лес, а лес-то не наш, это –федеральные земли, пусть Москва его и тушит. Вот в этом есть сермяжная правда. Я – местный житель, надо мной Москва, а Байкал – это не моя собственность, это федеральная собственность. И человек, как ни странно, всегда имеет в виду, если это не моё, то он будет относиться к этому совсем по-другому.

— вопрос о Дальневосточном гектаре. Как вы считаете, насколько это поможет семье?

— Когда была внесена эта инициатива Путиным, мы, 12 человек сенаторов, выступили против. В том числе Николай Иванович Рыжков. Там есть очень много вещей непроработанных. Потому что почти все земли практически заняты, в водоохранной зоне раздавать нельзя. Сегодня мы видим примеры, когда уже на существующую собственником землю, выдают дополнительные средства. Но на самом деле, вопрос даже не в этом. Один гектар – это мало, на нём хозяйство развивать нельзя. Есть так называемая критическая земельная масса. Я привожу пример того же Столыпина: когда приходил корабль, его встречал во Владивостоке вице-губернатор и он говорил: вот, мужики, вам земля, вот вам деньги, вот вам лес, техника. Работайте, давайте производство, мы, государство, купим у вас. Рядышком Китай, Япония, мы накормили Европу, накормим и эти страны. Только работайте, Богу молитесь и не пейте.

— В освоении восточных регионов немаловажную роль играет приграничное сотрудничество. Мы знаем, что сейчас происходит на самом деле. Встречи на самых разных уровнях, конференции, но в это время вывозится лес из Бурятии в Китай…

-Приграничное сотрудничество – это вообще будущее нашей страны. В этом мире надо дружить с соседями. Сегодня, к сожалению, у нас с Монголией практически нет никаких отношений. С Китаем у нас только этот вывоз леса или иные какие-то сырьевые взаимоотношения. Продаём электроэнергию по цене себестоимости, продаём нефть, ну а дальше-то что? Дальше надо менять эту стратегию.

-Арнольд Кириллович, вы как-то говорили, что на Байкале должны жить богатые люди. На самом деле там живут самые незащищённые люди. Почему закон о Байкале работает против людей?

-По двум моментам. Первое: у нас слишком велико влияние «зелёного» лобби. Потому что это самый простой способ: не пущать, не давать, запрещать. Это намного проще. А второй вопрос сегодня, когда они говорят о запрете рубок сплошного пользования даже горелых лесов на Байкале, я им говорю: у леса есть два выхода. Либо сгореть, либо сгнить. Другого выхода у леса нет. Только человек может провести санитарные рубки, собрать лежачий мусор, который всегда является источником пожаров. Но, к сожалению, только сегодня мы разрешили населению собирать валежник и сухостой. И то, надо кучу разрешений. И вот эти два вопроса сегодня висят в воздухе. Кто слушает сегодня науку? Мы тридцать лет назад говорили о том, что проблема в том числе и в собственнике. У нас в республике, как ни странно, вообще нет собственности. В Конституции записана федеральная собственность, муниципальная собственность, частная собственность. Ну и частных там инвесторов каких-то. Но понятия республиканской собственности не прописаны.

— Согласны, что богатство России будет прирастать Сибирью?

— Абсолютно. Если будет Сибирь, будет наука, то у России есть будущее. Я на это надеюсь.


Похожие новости

  • 16/01/2019

    Географы рассчитали нагрузку на Байкал

    ​Привлеченные красотами и рекламой, на Байкал круглогодично едут толпы туристов. В то же время уникальная экосистема нуждается в строжайшей охране. Именно поэтому вокруг туризма на Байкале ведется столько споров.
    1022
  • 29/01/2019

    Кто и как завел проблему Байкала в тупик?

    ​Загрязнения от стационарных источников, расположенных на Байкальской природной территории, увеличились в 2017 году по сравнению с предыдущим годом на 7,3 процента, а с 2012 годом - на 45 процентов и составили 701,5 тысячи тонн в год.
    483
  • 22/11/2018

    О проблемах, с которыми сталкивается Иркутская ГЭС: мнение эксперта

    ​Со 2 ноября Росводресурсы впервые с 2014 года увеличили расходы Иркутской ГЭС – вместо минимально возможных 1300 куб. м в секунду, при которых первая ступень Ангарского каскада работала все годы экстремального маловодья, теперь разрешено пропускать 1600 куб.
    846
  • 08/04/2019

    Нейтринные очки для космоса

    ​В эти дни на Байкале происходит историческое событие — запускается крупнейший подводный эксперимент по исследованию нейтрино, который специалисты называют окном в космос. О том, чем уникален этот эксперимент и каких от него стоит ожидать сюрпризов, — наш разговор с Жаном Магисовичем Джилкибаевым, доктором физико-математических наук, ведущим научным сотрудником лаборатории нейтринной астрофизики высоких энергий Института ядерных исследований РАН.
    231
  • 03/11/2018

    Чем чревато многоводье на Байкале?

    Маловодье Байкала – плохо, но и многоводье грозит неприятностями для экологии и людей. Маловодный период на Байкале, который длился с 1996 года, закончился. По данным на 26 октября, уровень воды в озере составил 456,92 метра по тихоокеанской системе высот.
    637
  • 19/06/2019

    Директор Лимнологического института СО РАН Андрей Федотов: слив бытовых стоков напрямую в Байкал должен быть запрещен

    ​Директор Лимнологического института СО РАН Андрей Федотов рассказал в интервью агентству "Интерфакс-Сибирь" о новых нормативах для стоков в Байкал, пролонгированном ущербе от БЦБК и нарушениях, допущенных при попытке строительства завода по розливу воды "АкваСиб".
    258
  • 06/04/2019

    Академик Игорь Бычков о проекте изменений приказа №63 Минприроды РФ

    ​Поправки в приказ Минприроды РФ, меняющие допустимые объемы и концентрации веществ, сбрасываемых со сточными водами в озеро Байкал, вступают в конфликт с федеральным законодательством, заявил РИА Новости руководитель Иркутского научного центра СО РАН, заместитель председателя Научного совета СО РАН по проблемам озера Байкал, академик Игорь Бычков.
    281
  • 04/05/2017

    Спецвыпуск журнала «Вестник РФФИ» посвящен озеру Байкал

    ​Очередной темой спецвыпуска журнала «Вестник Российского фонда фундаментальных исследований» стало озеро Байкал. Предыдущие два выпуска издания были посвящены вулканам Камчатки и Долине гейзеров в Кроноцком заповеднике.
    2301
  • 21/12/2017

    Байкал хотят зажать в метровых тисках

    Ужесточать диапазон колебаний уровня озера было бы непродуманным и необоснованным решением, считают ученые. Общественники выступают против проекта постановления правительства РФ, которое разрешит Росводресурсам регулировать уровень озера Байкал в зависимости от условий водности.
    816
  • 21/12/2018

    Можно ли обеспечить теплоснабжение Иркутска нестандартными способами?

    ​Вплоть до начала девяностых годов XX века Иркутск требовал всё больше и больше тепла. Если сравнивать с началом XXI века, когда промышленность уже перестроилась, а энергосбережение стало государственной политикой, нагрузки росли огромными темпами.
    1097