​Путь до программирования машин-беспилотников в компании Intel для красноярки Алёны Родионовой оказался долгим и тернистым. Бакалавриат и магистратура Сибирского федерального университета, аспирантура в техническом университете Вены, работа в университете Пенсильвании — каждая ступень была неслучайной. В интервью Newslab девушка рассказывает, почему сибирские ученые выбирают жизнь за границей, как иностранные коллеги относятся к русским и как прожить на зарплату аспиранта в Штатах.

Расскажи о себе — где родилась, где училась, кем работала до переезда?

Я родилась в 1991 году в Красноярске. Мама у меня биолог, папа — биофизик, они с раннего детства брали меня и старшего брата в экспедиции. Мы часто были у них в лаборатории, дома делали всякие интересные эксперименты. Мой первый заработок я получила лет в 11-12 за то, что помогала родителям собирать биомассу светящихся энхитреид (представители семейства малощетинковых червей).

В седьмом классе я решила, что хочу заниматься точными науками. Очень сильно на мое увлечение математикой, физикой и программированием повлияла Красноярская Летняя Школа (КЛШ), куда я ездила четыре года, сначала школьником, потом зондером (помощником). В 2008 году, как и мечтала, поступила в Институт математики и фундаментальной информатики СФУ. Закончив бакалавриат с красным диплом, продолжила обучение в магистратуре. В 2014 году защитила магистерскую диссертацию по механике жидкости и газа и получила второй красный диплом. Параллельно с учебой я работала преподавателем математики в лицее № 6, в физико-математической школе СФУ, а также готовила школьников края к математическим олимпиадам.

Я даже поступила в аспирантуру СФУ, и все шло прекрасно, но мне хотелось большего — выйти из родных теплых стен куда-то в неизвестное, где все будет новым, увлекательным, вдвойне сложным, где я не знаю никого и меня никто не знает.

Нужно ли готовиться к переезду? Или импульсивное решение — единственный способ уехать с вероятностью 100%?

Этот вопрос не имеет однозначного ответа. В моем случает все было более чем спонтанно. Однажды вечером я бегала на острове Татышев, мне позвонил знакомый и сказал: «Помнится, ты говорила о том, что неплохо бы поучиться в аспирантуре за рубежом. Я только что видел на одном сайте рекламу про аспирантуру в Австрии, ссылку тебе кинул. Но последний срок приема резюме сегодня в 22:00, учти!». Поскольку на моих часах было уже 8 вечера, вместо дополнительного круга в 6 км я как угорелая побежала домой. Там наскоро написала первое в жизни резюме на ломанном английском и в 21:58 нажала кнопку «отправить заявление». В голове крутилась мысль «а что я теряю-то, хоть опыт получу...»

Тот вечер, тот дружеский звонок и то заявление изменили всю мою жизнь. Сначала состоялась беседа по телефону, затем второе интервью с тремя профессорами — по скайпу, а на третье интервью меня пригласили в Австрию. При этом все затраты (перелеты, гостиницы и пр.) оплатил принимающий университет. Я не потратила ни рубля на эту поездку, не считая получения визы. Вот так, через два месяца, в феврале 2015 года, я официально была аспирантом в техническом университете Вены (TU Wien), и начала заниматься контроллерами машин-беспилотников (для Tesla, BMW, Google). Еще через два года, в сентябре 2017 года, мне предложили позицию в США - в университете Пенсильвании (UPenn), где я и обитаю по сей день.

Переезд за рубеж в твоем случае — это уехать туда? Или уехать отсюда?

И то, и другое. Мои родители — ученые, всю жизнь они работали и сейчас продолжают работать в Красноярске. Но в 90-х, после моего рождения, они на несколько лет уехали в Америку, в университет Джорджии (UGA), потом в Нидерланды (Wageningen UR), потом в Швецию. Наверное, поэтому у меня всегда было желание увидеть то, что видели они, и даже больше. Уехать «туда», ведь мир открыт.

Но были и причины уехать отсюда. Во-первых, зарплаты преподавателя математики в Красноярске явно недостаточно на то, чтобы снять квартиру, быть независимой. Во-вторых, видя тернистый путь моих родителей в науке, я понимала, что если я хочу заниматься наукой в России, то нужно перебираться в столицу. Но переезд из прекрасной и любимой Сибири в Москву не особо меня радовал. В-третьих, политическая ситуация складывалась не лучшим образом, и явно не стоило ждать расцвета наук и технологий в России в ближайшем будущем.

Почему именно эта страна?

Потому что в Америке очень много возможностей для инженера-математика. Я очень сильно скучаю по Австрии, но там намного сложнее найти постоянную позицию в университете. Да и все главные IT-компании находятся в Америке. Будучи аспирантом в Австрии, я постоянно ездила на конференции, воркшопы, встречи по проектам в Штаты. Мои друзья из Германии, Швейцарии, Индии, Испании, Китая сейчас вместе со мной в Штатах по этим же причинам. Здесь открыты очень многие двери для ученых.

Самые большие различия России и страны переезда?

Университеты Лиги плюща

Ассоциация восьми старейших университетов Америки: Гарварда (Harvard), Принстона (Princeton), Йеля (Yale), Брауна (Brown), Колумбии (Columbia), Корнелла (Cornell), Дартмута (Dartmouth) и Пенсильвании (Pennsylvania).

Первое — образование, студенты и объем работы. Образование в Штатах — необходимый пункт для успешной жизни. Без образования прожить неимоверно сложно. Обучение в хорошем университете — дело запредельно дорогое. Магистратура в университете Лиги плюща стоит около 100 тыс. долларов (6,3 млн. рублей) в год. Все студенты (и их семьи) живут в кредит, который потом выплачивают много лет. Они не могут позволить себе «завалить» экзамен и вылететь из программы. Студенты учатся не на жизнь, а на смерть —все библиотеки открыты и наполнены студентами до полуночи, а лаборатории в университетах работают в режиме 24/7. Объем информации, который студенты должны выучить за семестр, намного больше, чем размер памяти любого из них. Требования и ставки невозможно высоки. Я очень часто работаю до позднего вечера или до полуночи, а мои студенты остаются и еще дольше.

Второе — медицина. Страховка — второй необходимый пункт выживания. Медицина здесь очень дорогая. Любой первичный прием врача 200 долларов (12,5 тыс. рублей) или больше, анализ крови — еще 200 долларов, хотите прививку — еще 200 долларов. Но если страховка есть (а все студенты обеспечены страховкой), то все очень легко и просто. Запись на прием — онлайн, очередей нет по причине отличной оптимизации, вся ваша история болезней и назначенных лекарств — доступна через интернет.

Университеты придумали очень простой способ следить за здоровьем своих студентов: вы не сможете зарегистрироваться на курсы, если у вас отсутствует та или иная прививка, или рутинный анализ крови. Потому студенты вынуждены прийти в поликлинику до начала семестра и получить консультацию врача. Чистка зубов — тот же расклад: вам позвонят пять раз и будут умолять прийти на прием. Как и всегда есть и другая сторона медали: если вы придете с жалобами, не угрожающими вашей жизни, стандартным ответом врача будет: «Давайте подождем. Если за неделю не пройдет, то приходите снова». У меня проблемы с шейными позвонками. Я это знаю, потому что в России мне делали рентген и МРТ, а вот хирург в Штатах потрогал мою шею, дал болеутоляющие и брошюрку «как не сидеть крючком перед компьютером».

Третье — толерантность, свобода слова и права меньшинств. Не нравится президент — не боясь за свою жизнь, можешь сказать все, что думаешь по этому поводу. Хоть в университете, хоть на улице. Хочешь розовые волосы в школе — да пожалуйста, никто на тебя косо не взглянет. Очень радуют продвижения со свободой религии и свободой самовыражения. Конечно, с татуировкой на лице будет сложно устроиться в детский сад, но и такие случаи мне известны.

Четвертое — «How are you? — I’m good, thanks!» — это самый популярный вопрос и самый популярный ответ абсолютно в любом разговоре. Не важно, потерял ли собеседник работу или у него сломалась машина, болит ли голова или просто день не задался — вы всегда услышите «I’m good/great/fine!». Честный развернутый ответ слышат только члены семьи и психоаналитики.

Чувствуешь себя чужой в другой стране? Как там живется русским?

Чужой себя не чувствую. Во-первых, будучи в университете ты всегда окружен огромным количеством людей разных национальностей. Среди аспирантов на нашем потоке американцы в меньшинстве! Из 12 человек в моей лабе лишь один американец.

Во-вторых, к России и к русским здесь относятся хорошо. Много кто из моих знакомых был в России и остался в восторге, либо хочет в России побывать. Узнав, что я сибирячка, расспрашивают о нашей удивительной сопротивляемости суровым морозам, отсутствии страха к медведям, восторгаются красивой дикой природой Сибири, мечтают проехаться из конца в конец по всей по Транссибирской магистрали.

Социализироваться в городе, в котором я не знаю никого, мне очень помог спорт. Я присоединилась к бесплатному беговому клубу November Project и моментально у меня появилось 350 новых знакомых.

Экономика жизни: больше/меньше зарплата, больше/меньше траты. На что уходят деньги? Как это соотносится с жизнью?

Поскольку в Америку я уехала уже после того, как получила высшее образование, за учебу в аспирантуре я не плачу. Мне платят стипендию, она по американским меркам небольшая. Я не знаю никого, кто бы получал больше 2500 долларов (158 тыс. рублей) в месяц. Поскольку летом классов нет, у аспирантов есть возможность летней интернатуры, когда они работают в различных компаниях и получают зарплату на порядок выше стипендии.

Все прошлое лето я не отдыхала, а работала программистом в General Motors и получала 6500 долларов (412 тыс. рублей) в месяц. Конечно, зарплата интерна меньше, чем зарплата сотрудника фирмы, но для бедных студентов это является спасательным кругом.

Съем дешевого, но достойного жилья в Филадельфии обходится в 800-1200 долларов (50-76 тыс. рублей), в зависимости от безопасности района и количества съемщиков. Студенты обычно кооперируются и живут в квартире втроем или вчетвером. Аспиранты — взрослые люди, предпочитают жить без соседей. Спортзал и бассейн в университете бесплатный. Обед в столовой обойдется в 8-10 долларов (500-630 рублей). Кофе — 3-5 долларов.

Я готовлю дома, уходит около 300 долларов (19 тыс. рублей) в месяц. Качественная еда, естественно, дорогая, а вот нездоровый фастфуд дешевле воды — целый бургер можно купить за 3 доллара. Сотовая связь здесь стоит 60 долларов (3800 рублей) в месяц. Домашнего интернета у меня нет, поскольку это дополнительные 50 долларов. Даже обычный билет в кино обойдется в 12 долларов (750 рублей). Машины у меня нет, но есть велосипед, поэтому я не трачу ни копейки на общественный транспорт. В силу своего минимализма, я покупаю очень мало вещей, всегда путешествую с одним рюкзаком и не трачу деньги на брендовую одежду. Предпочитаю тратить на путешествия по другим штатам, а если виза позволяет, то и другим странам.

Были ли мысли вернуться в Россию?

Я очень скучаю по семье, друзьям и сибирской природе. На данном этапе возвращаться в Россию не хочу, но я привыкла надолго не загадывать. Мир быстро меняется, вокруг много возможностей, возможно, какие-то перспективы появятся в России.

В Штатах я живу по студенческой визе F1. После закрытия посольств США по городам России и сокращения штата его сотрудников в Москве, получить или обновить визу стало ужасно сложно. Более того, каждый раз я получаю визу лишь на один год, несмотря на то, что все мои друзья из Европы, Индии и Китая получают ее на все время обучения, то есть на пять лет. Пока вы являетесь студентом в университете, F1 позволяет оставаться в Америке и после истечения визы, но пересекать границу нельзя. В такой ситуации придется отказываться от любых международных конференций и путешествий в другие страны. Поэтому каждый год я должна лететь в Москву продлевать визу. Уже дважды эта процедура заняла два месяца, начиная с подачи документов.

Чем планируешь заниматься дальше?

После многих интервью меня взяли работать интерном в Intel, поэтому это лето я живу и работаю в Портленде. Там так же занимаюсь безопасностью автономных машин. Работаю над проектом по созданию свободного и открытого программного обеспечения. То есть все, над чем мы работаем, можно скачать бесплатно с сайта Intel. Если подробнее, я работаю над симулятором реальности (CARLA) для тестирования машин-беспилотников и других автономных систем. Эта работа включает не только много теоретических навыков, которые я получила, изучая математику (спасибо СФУ!), но и много программирования, а это Python, C++, TensorFlow, ROS и Unreal Engine. Конечно, многое приходится осваивать и изучать по ходу, но в этом-то и весь цимес. Через некоторое я буду защищаться, получу степень доктора, а дальше уже посмотрим.

Маша Русскова специально для интернет-газеты Newslab

Похожие новости