Международная конференция "Мониторинги, рейтинги, рэнкинги как инструменты управления качеством образования" пройдет 22 и 23 сентября в Санкт-Петербурге. Мероприятие, которое организует Евразийская Ассоциация оценки качества образования (ЕАОКО) при поддержке Национального исследовательского университета "Высшая школа экономики" (НИУ ВШЭ) соберет экспертов из 10 стран мира и СНГ. Подробно об этой конференции рассказал РИА Новости глава ЕАОКО Виктор Болотов.

‒ В этом году для образовательной конференции выбрана тема "Мониторинги, рейтинги, рэнкинги как инструменты управления качеством образования". Виктор Александрович, давайте начнем с мониторингов. В чем их плюсы и минусы?   

‒ Слово мониторинг, боюсь, уже стало ругательным словом в системе образования. У нас есть международные мониторинги (PISA, TIMSS и др.), есть российские мониторинги, есть мониторинги эффективности вузов и пр. Мониторинг – исследование ситуации, которая сложилась в данное время, в данном месте, в той или иной образовательной ситуации (в классе, в школе, в вузе, в регионе, в стране). 

Индикаторы, которые закладываются в тот или иной мониторинг, сильно зависят от того, для чего он проводится. Например, если мы хотим посмотреть ситуацию со школьным питанием, то мы проводим мониторинг, непосредственно связанный с питанием в школах. Если мы хотим выяснить, как дети знают физику, то проводим мониторинг по физике.

Конечно, по итогам мониторингов любому чиновнику хочется ранжировать их участников: "этот на первом месте ‒ он лучший; этот на последнем ‒ он худший". Так получаются всевозможные рейтинги, чаще всего полубессмысленные, поскольку в итоге у нас нередко поощряют тех, у кого хорошее финансирование, в том числе внебюджетное, а предъявляют претензии к тем, у кого плохая ситуация связана с объективными обстоятельствами (например, если говорить про школу, то она находится в депрессивном регионе, в ней учатся дети из семей с низким социально-экономическим статусом). 

‒ Почему у вас такое скептическое отношение к рейтингам? 

‒ В большинстве рейтингов одновременно "сидят" сельские школы и школы при ведущих университетах. Согласитесь, это все равно, что сравнивать по цвету и вкусу помидоры с огурцами: зеленый помидор ‒ плохо, а зеленый огурец – это нормально. Школы разные, вузы разные.

Достаточно вспомнить первые рейтинги эффективности вузов, когда в одно исследование вошли вузы культуры, сельскохозяйственные вузы, а также ведущие классические университеты страны. Был всеобщий взрыв: ну, нельзя сравнивать МГУ с маленьким институтом культуры! Они решают абсолютно разные задачи, а значит и индикаторы оценки должны быть разные.

Или возьмем, к примеру, Проект 5-100, согласно которому к 2020 году пять ведущих вузов России должны войти в топ-100 международных рейтингов лучших университетов мира. В этих исследованиях заложены следующие индикаторы: статьи в журналах из Web of Science и Scopus, академическая репутация, количество сотрудников-лауреатов Нобелевской премии и пр. То есть предполагается, что вуз должен быть известен в мировом пространстве. Если для МГУ, СПбГУ, Физтеха, НГУ и других университетов это вполне резонно, то глупо требовать мировой известности от маленького провинциального вуза. У него иные задачи: он должен обеспечивать развитие экономики своего региона, поставлять кадры, а не писать статьи в мировые научные издания. 

‒ В этом смысле рэнкинги лучше, чем рейтинги?

‒ Рэнкинги давно известны во всем мире. В Россию они пришли два-три года назад. За рэнкингом стоит одна простая мысль – нельзя одно образовательное учреждение судить лишь по одному показателю. Например, я могу построить рейтинг по вопросу, как городские школы удовлетворяют потребности детей с ОВЗ: есть ли в школах пандусы, сделаны ли специальные туалеты, есть ли учебные пособия и пр. Могу я сделать такой рейтинг? Могу. Потом я могу сделать рейтинг по поступлению выпускников школ в вузы, но это уже будет другое исследование.

А в рэнкинге у нас встречается и первое, и второе: напротив одной школы могут стоять показатели, связанные с решением проблем детей с ОВЗ, а также показатели поступления выпускников школ в вузы. В рэнкинге нет единого рейтинга. В нем есть набор показателей про эту конкретную школу.

Чем хорош рэнкинг? Каждый заинтересованный потребитель может сделать из рэнкинга свой вывод: если у моего ребенка проблема со здоровьем, меня будут интересовать одни школьные показатели, если я заинтересован в успешной сдаче ЕГЭ, то меня будут интересовать другие показатели. 

‒ Какие еще вопросы будут обсуждаться на конференции?

‒ Что такое реальный мониторинг и "псевдомониторинг", как можно использовать результаты рейтингов, как их нельзя использовать, какие бывают рэнкинги и пр. На конференции выступят эксперты из разных регионов России ‒ представители школ, вузов, ученые. К нам приедут эксперты из 10 стран СНГ и мира. Нашей конференцией заинтересовались коллеги из Великобритании, Чехии, Прибалтики, Монголии. Проблематика очень актуальная и общемировая. Важно, что на конференции выступят представители Всемирного банка с некоторыми международными сравнительными обзорами и аналитическими докладами.

Проблема у всех общая, а способы решения разные. Условно говоря: одно дело федеративное государство Россия, а другое дело, скажем, Армения. Мы существуем в разных условиях. Какие-то решения, которые хороши для России, вряд ли хороши для Армении, и наоборот. Но чтобы найти свое решение, полезно узнать чужие успешные практики, что-то позаимствовать, что-то отбросить как неподходящее для моего контекста. 

‒ Вам не кажется, что в России слишком ревностное отношение к всевозможным рейтингам и мониторингам? Замечаете ли вы какие-то национальные особенности восприятия этих инструментов?

‒ Единственная российская особенность состоит в том, что мы любим наказывать аутсайдеров рейтингов, "по хвостам" принимать административные меры. За нами есть такой грех. Неслучайно глава Рособрнадзора Сергей Кравцов недавно посетовал на то, что школы зачастую фальсифицируют результаты проверочных работ, чтобы избежать административных наказаний.

Вместе с тем, коллеги из стран СНГ жалуются на аналогичную проблему, хотя в мире, пожалуй, такого нет.

В любом случае джинн из бутылки выпущен ‒ рейтинги стали элементом нашей жизни. Теперь надо понять, как грамотно использовать их результаты, что можно предложить вместо рейтингов.

Похожие новости

  • 05/10/2017

    Чего добились вузы 5-100 и чего им ждать дальше

    ​Чего достигли университеты Проекта «5-100», почему хотят уменьшить число университетов в проекте и о чем поспорили министр образования и науки Ольга Васильева и вице-премьер Ольга Голодец, рассказывает Indicator.
    311
  • 15/06/2016

    Эксперт QS: изменения в методике ударили по ряду российских вузов

    ​Видеомост Москва – Калининград, посвященный выходу британского рейтинга QS на тему: "Рейтинг университетов QS: развивающиеся страны Европы и Центральной Азии – 2016" состоялся во вторник, 14 марта в МИА "Россия сегодня".
    585
  • 23/12/2016

    Студенты-археологи НГУ подвели итоги полевой практики

    Студенты Гуманитарного института НГУ подвели итоги летней полевой практики. В этом году 11 групп студентов искали, раскапывали и изучали отголоски прошлого. Студенты группы 14803 под руководством директора Института археологии и этнографии СО РАН, член-корреспондента РАН Михаила Шунькова проходили практику на базе Алтайского отряда института на многослойных палеолитических стоянках Денисова пещера и Карама.
    1139
  • 23/06/2017

    Опрос RAEX: наибольшего прогресса вузы достигли в области публикационной активности и цитируемости

    ​Рейтинговое агентство RAEX (Эксперт РА) провело интерактивный опрос руководителей ведущих вузов России в рамках V Международного Форума ведущих вузов, состоявшегося 7 июня 2017 года в Москве. В опросе, посвященном глобальной конкурентоспособности и затрагивающем наиболее злободневные вопросы развития высшей школы в России, приняли участие 65 респондентов, включая руководителей ведущих вузов России – МГУ им.
    289
  • 30/06/2017

    Каждый второй выпускник вуза не может найти работу по специальности

    Похоже, набирать студентов в российские высшие учебные заведения скоро придется, как в армию, по повесткам. Причины две: дефицит молодежи и отсутствие гарантий достойного трудоустройства.
    256
  • 30/08/2016

    Новосибирские учёные исследуют склонность людей к тревожности и депрессии

    ​Специалисты из лаборатории дифференциальной психофизиологии НИИ физиологии и фундаментальной медицины (НИИ ФФМ) и лаборатории биологических маркеров социального поведения человека НГУ провели исследование, направленное на выявление коррелятов депрессивной симптоматики и тревожного расстройства.
    845
  • 05/08/2017

    Какие специальности выбирают новосибирские абитуриенты

    В Новосибирске завершает работу приемная комиссия, а это значит - время подводить предварительные итоги. Какой он, абитуриент 2017 года? Мы задали этот вопрос руководителям вузов Новосибирска в пресс-центре "Комсомольской правды" - Новосибирск".
    261
  • 13/04/2016

    Пятеро новосибирцев написали «Контурную карту» на отлично

    Организаторы «Контурной карты» подвели итоги контрольной работы по географии в Новосибирске. 56 участников получили тройки, 17 — четверки, и 5 человек написали на отлично. Результаты контрольной выложены на сайте «Контурной карты».
    789
  • 19/05/2016

    Денис Адамов: наше агентство - в числе «Крупнейших переводческих компаний России-2016»

    ​Семь лет назад трое студентов, будущие юристы, решили заняться переводческим бизнесом. Сейчас глава агентства переводов — Денис Адамов — управляет совместным бизнесом самостоятельно, несмотря на ограничения, связанные со здоровьем.
    864
  • 07/07/2016

    Англоязычная магистратура НГУ вошла в число лучших образовательных программ по аналитике в Азии

    ​Издание Analytics India Magazine подготовило обзор десяти образовательных программ в областях компьютерной и бизнес-аналитики, которые предлагают университеты в странах Азии за пределами Индии — Малайзии, Китае, Сингапуре, Японии и России.
    853