​О том, как работают новые электронные отчеты по грантам Российского научного фонда и что может испортить «кредитную историю» ученого в РНФ, рассказал заместитель генерального директора, начальник управления программ и проектов фонда Андрей Блинов.

— В этом году РНФ позволил некоторым грантополучателям отчитываться о ходе проектов в электронной форме. Что именно изменилось в условиях отчетности?

— Молодым ученым первым была предоставлена возможность подать промежуточные научные отчеты только в электронном виде. При этом для руководителей проектов ничего не поменялось, просто им не надо посылать в фонд печатные экземпляры. В будущем такая возможность распространится и на отчеты по проектам других конкурсов, и на заявки. Для этого организации требуется лишь подписать с фондом соглашение о признании простой электронной подписи. Это соглашение может действовать бессрочно, продлевать его не потребуется.

— А чья электронная подпись ставится под отчетами?

Право подписи предоставляется координатору организации. Это может быть любой сотрудник, которому доверено взаимодействие с фондом и, соответственно, подписание документов в электронном виде. Как только он подписывает в информационно-аналитической системе РНФ отчет или заявку, они считаются поступившими в фонд. Это освобождает ученых от проблем с пересылкой бумажных экземпляров и предоставляет им, особенно тем, кто удален от Москвы, больше времени для подготовки отчетов. В случаях с заявками также отпадет необходимость прикладывать к ним доверенности.

— Многие грантополучатели уже отказались от печатных отчетов?

— Пока отчетами с электронной подписью воспользовались всего 19 организаций, в том числе и из Москвы. Но я уверен, что уже осенью тех, кто будет подавать заявки на новые конкурсы и отчеты по проектам в фонд в электронном виде, будет значительно больше. Призываю всех, кто заинтересован в такой возможности, заранее прислать в РНФ необходимое соглашение. Для тех, кто хочет по-прежнему использовать и бумажные экземпляры, старая схема сохранится.

— Столкнулся ли фонд с какими-то проблемами в отчетную кампанию?

— Увы, не все ученые и организации представили научные и финансовые отчеты по проектам вовремя. По почти пяти десяткам проектов сроки были нарушены. В некоторых случаях грантополучатели к установленному сроку даже не открывали отчет в информационной системе! Все сроки закреплены в грантовых соглашениях и ни для кого не должны быть неожиданностью. Если есть какие-то объективные причины для задержки отчетов, нужно информировать Фонд об этом до того, как сроки вышли. Но к сожалению, в большинстве случаев объективных причин нет, а есть не очень ответственное отношение к исполнению своих обязанностей.

— Какими могут быть последствия такой недисциплинированности?

— За нарушение условий грантового соглашения предусмотрены определенные санкции, например – приостановка расходования средств гранта, но подобные случаи вынуждают «закручивать гайки» и вводить в грантовые соглашения финансовые меры воздействия на нарушителей, предусматривающие сокращение размера или возврат гранта. Кроме того, у членов экспертного совета Фонда такие ситуации вызывают непонимание. Получить от Фонда средства, исчисляемые миллионами, и не отчитаться вовремя – как так? Естественно, экспертный совет это воспринимает как показатель плохо организованной работы по проекту, а значит, и риска его невыполнения. Если руководитель или организация не могут обеспечить такое формальное действие, как подача отчетов в срок, то как тогда организована научная работа, расходование средств гранта и так далее? Так что задержка отчетности – это отягощающее обстоятельство, которое вкупе с другими причинами приводит к прекращению финансирования проекта.

— Какие результаты показала экспертиза отчетов?

— Экспертный совет в эту отчетную сессию рассмотрел более 1500 отчетов. Впервые рассматривались итоги выполнения двухлетних проектов конкурса постдоков. 479 из них оценены положительно, 16 получили отрицательную оценку. Несмотря не невысокие наукометрические показатели в части требований по этому конкурсу – за два года требовалось опубликовать не менее двух статей – не все справились. Отрицательные оценки в основном связаны с этим, а также с невыполнением заявленных планов исследований.

Промежуточные отчеты в большинстве получили положительную оценку экспертного совета, финансирование по ним будет продолжено. Планы выполняются, результаты публикуются: за отчетный период 2018–2019 года вышло более 2500 публикаций, в том числе есть и в высокорейтинговых журналах группы Nature, Science, Cell, Advanced Materials и других. Только по восьми проектам экспертный совет рекомендовал правлению фонда досрочно прекратить финансирование, и еще по 50 вынесено предупреждение. Замечание делается в том случае, если есть невыполнение (пока некритичное) планов работ по проектам, в том числе по публикации результатов. В ближайший год руководителям таких проектов необходимо активизироваться и наверстать все отставания. Как правило, к замечаниям экспертного совета руководители прислушиваются, если же нет – второго предупреждения у экспертного совета не бывает. По всем продолженным проектам экспертный совет рекомендовал финансирование в запрошенном объеме. В установленные соглашениями сроки средства будут переведены в организации.

— Что ждет тех, кто руководил закрытыми проектами?

— Восемь руководителей досрочно закрытых проектов, как и руководители отрицательно оцененных проектов конкурса постдоков, на ближайшие три года ограничиваются в возможности участвовать в конкурсах фонда. Они не смогут выступать руководителями или основными исполнителями проектов. Еще раз напомню, грант РНФ – это ответственность перед коллегами за свои обещания. Поэтому их невыполнение, как и любые «махинации», любые попытки ввести в заблуждение экспертов и членов экспертного совета фонда, во-первых, сразу им видны, а во-вторых, воспринимаются весьма негативно.

— О каких именно «махинациях» идет речь?

— Это включение в отчет публикаций не по тематике проекта или принятых в печать еще до начала его реализации, их дублирование в разных отчетах, публикация результатов в «мусорных» журналах, случайное или осознанное завышение наукометрических показателей изданий (например, импакт-фактора) и так далее. Все эти действия не приветствуются экспертным сообществом и негативно влияют на реноме руководителя проекта. Отдельно стоит отметить качество отчетных материалов. Зачастую видно, что отчет подготовлен второпях, невнимательно, изобилует орфографическими ошибками, содержит незавершенные фразы и рабочие заметки. Опять же это не добавляет очков руководителю. Отчет по проекту – это представление результатов своей работы, которое к тому же публично доступно на сайте фонда. 

 Импакт-фактор — показатель, отражающий частоту цитирования статей научного журнала за определенный период (как правило, два года). Например, для одного из самых крупных медицинских журналов The Lancet импакт-фактор составляет порядка 53, а в среднем для хороших журналов он составляет 4.  

— Чем был примечателен отбор проектов по новым конкурсам этого года?

РНФ в третий раз подводил итоги молодежных конкурсов в рамках Президентской программы исследовательских проектов, реализуемых ведущими специалистами, в том числе молодыми учеными. Общее число заявок практически не изменилось по сравнению с 2018 годом, но вместе с тем на новые конкурсы пришли 208 руководителей только что завершившихся проектов постдоков 2017 года. Треть из них вновь подали заявки на конкурс индивидуальных проектов молодых ученых, а остальные, двигаясь вверх, – на конкурс проектов групп под руководством молодых ученых. Заработав хорошую «кредитную историю», они увеличили свои шансы на получение грантов – каждая вторая их заявка была поддержана фондом. В среднем же поддерживается одна заявка из трех–четырех. Такая грантовая траектория вполне соответствует идее развития научной карьеры молодого ученого в рамках линейки конкурсов Президентской программы. Удивляет только, что больше половины руководителей проектов конкурса постдоков не продолжили свой путь. Возможно, мы увидим их на следующих конкурсах РНФ.

— Как фонд оценивает уровень поданных заявок?

— Согласно результатам экспертизы, средний уровень заявок сопоставим с конкурсами предыдущего года и поддержку фонда получили заявки того же уровня, что и в прошлом году. По результатам конкурсов экспертный совет рекомендовал к финансированию 834 новых проекта. Сейчас идет процесс заключения грантовых соглашений и перечисление средств, до середины августа он будет в основном завершен.

— Все грантовые соглашения будут заключены?

— Не все. Как правило, ежегодно от двух-трех грантов отказываются. У молодых людей иногда происходят изменения, которые сказываются на их планах. Например, кто-то уезжает за границу или у кого-то рождается ребенок, что иногда делает невозможным выполнение ранее заявленного проекта. 

— Как к этому относится фонд?

— К рождению детей? Положительно! А если серьезно – лучше честно отказаться от гранта до подписания соглашения, чем брать на себя обязательства, которые ты не можешь выполнить. Гораздо хуже, если в процессе подписания соглашения выявляются недостоверные данные, представленные в материалах заявки, и это ведет к невозможности подписания соглашения. Например, о наличии у заявителя степени кандидата наук. К сожалению, хоть и редко, но бывают и такие случаи, и это уже тень на репутации организации, ее руководителей, которые подтверждали сведения о руководителе проекта.  

— В предыдущем интервью вы упоминали, что фонд экспериментирует с автоматической системой распределения конкурсных заявок между экспертами. Применяли ли ее при экспертизе заявок на новые конкурсы?

— Да, на молодежных конкурсах этого года распределение заявок впервые полностью осуществлялось программными средствами информационно-аналитической системы РНФ — в автоматическом режиме без какого-либо участия координаторов секций. ИАС подбирает экспертов по кодам, ключевым словам и анализу аннотации заявки. При этом система способна исключать ситуации конфликта интересов и контролировать нагрузку на экспертов.

— И каковы результаты?

— Первый статистический и содержательный анализ показал, что результаты автоматического распределения практически не отличаются от ручного. Но автоматическая система гораздо быстрее, а значит, у экспертов и членов экспертного совета остается больше времени для рассмотрения заявок. Сами члены экспертного совета одобрили систему, она не только облегчает их труд, но и снимает с координаторов секций любые подозрения в возможности влияния на результаты первичной экспертизы. Поступили предложения использовать эту схему активнее, в том числе при экспертизе отчетов. Однако у нее есть и недостатки, например скрытые конфликты интересов, которые порой известны координаторам, но не поддаются автоматизации. Сейчас мы проводим более тщательный анализ и результатов распределения заявок, и итогов экспертизы, чтобы определить направления дальнейшего развития системы.

Похожие новости