Каждые четыре года редакторы и издатели научной периодики, исследователи, специалисты по этике, библиотечному делу, информационной поддержке научной деятельности съезжаются на Международный конгресс по рецензированию и научным публикациям (International Congress on Peer Review and Scientifc Publication). Нашему корреспонденту удалось побывать на VIII конгрессе в городе ветров Чикаго и поработать бок о бок с мировой элитой научно-издательских кругов, мечтающей о том, чтобы сделать науку "great again".

Рецензент, открой личико

Когда-то на одном редакторском мероприятии прозвучала фраза о том, что система рецензирования — как иммунная система организма. В ней возможно многое: и аутоиммунные заболевания, и аллергические реакции, но без нее никак нельзя.

В 1752 году Лондонское королевское общество учредило особый комитет по оценке статей для журнала Philosophical Transactions. Этот момент считают рождением рецензирования. С тех пор оно приобрело множество форм, но на сегодняшний день к единой так и не пришли. При двустороннем слепом автор и рецензент не знают имен друг друга; при одностороннем слепом анонимность только у рецензента. В набирающем популярность открытом процессе рецензирования каждой стороне известно о другой. Сторонники двойного слепого уверяют, что таким образом исключается необъективность разного рода — гендерного, возрастного, географического. В некоторых изданиях, в частности из группы Nature и IEEE, предлагается при отправке статьи сделать выбор по желанию авторов: одно-или двустороннее слепое. Однако недавнее исследование, представленное на конгрессе, показало интересный эффект: только 25% статей после двойного слепого рецензирования были приняты к опубликованию, тогда как после одностороннего слепого их доля составила 44% [1].

С открытым типом рецензирования группа Nature экспериментировала еще десять лет назад, но ни одна, ни вторая сторона не приняла его на ура. Интересно, что у российской научной периодики и тут свой особый путь: выяснилось своеобразное понимание открытого рецензирования некоторыми из редакций. Вот, к примеру, фрагмент описания, которое кочует из одного журнала в другой даже без исправления ошибок:

«2-й уровень — открытое рецензирование (open peer review — автор и рецензент знают друг о друге) — рецензия, предоставленная автором, по его желанию либо по дополнительному требованию редакции журнала».

Такая модель не имеет с открытым рецензированием ничего общего, и именно она является одним из «флажков» для распознавания недобросовестного издания.

Надо сказать, что у себя в редакции мы практиковали в течение непродолжительного времени обоюдную открытость авторов и рецензентов, но, увы, ничего, кроме обид и взаимных претензий, это не вызвало.

До по-настоящему открытой процедуры пока не доросли, похоже, нигде. Однако уже в первый день работы конгресса стенд, предназначенный для сбора мнений о том, какое будущее у рецензирования, был исписан словами "open", "open", "open"

Всё по правилам

В большинстве серьезных изданий реализована онлайн-система отправки рукописей с возможностью общения с редакцией, отслеживания статуса своего материала, другими полезными функциями. И зачастую система выполнена таким образом, что подаваемый текст сразу анонимизирован, то есть любые идентифицирующие автора детали заполняются в отдельных полях. Кстати, сразу же при загрузке предлагается назвать трех-четырех потенциальных рецензентов с указанием их контактных данных. Чаще всего это делается опционально, и редакция предупреждает, что совсем не обязательно она этими рекомендациями воспользуется.

Одно из золотых правил редактора от Европейской ассоциации научных редакторов EASE звучит так: «Делайте инструкции для авторов простыми и понятными и пересматривайте их регулярно». На постерной сессии конгресса посетовали: мол, правила оформления рукописей игнорируются. Но в целом западные издания с этим справляются легко: неправильно оформленная работа без промедления возвращается автору. Публикующимся или собирающимся публиковаться за рубежом известно, что без приведения статьи в надлежащий вид с вами, что называется, не станут даже разговаривать (и тут имеется в виду не просто неверно выбранный тип шрифта, хотя и он тоже; это и стиль написания, которого следует придерживаться, и даже американский или британский вариант английского необходимо использовать). Так что авторам отечественных журналов еще очень неплохо живется: мы тут можем где-то поступиться некоторыми формальностями — ну неужели мы не отформатируем текст, если всё равно редактируем несколько раз? Всё ради добротной публикации! Хотя встречается и другая крайность, да простят корифеи отечественного научно-издательского дела, всё еще требующие приносить рукописи в виде двух отпечатанных экземпляров с тщательной разметкой карандашами — красным, синим и простым, а с обратной стороны фотографий делать надписи «верх» и «низ».

Собравшиеся на конгрессе представляли солидные организации — PLOSNatureJAMA NetworkClarivate Analytics и другие, и быстро появилось ощущение, что обеспокоены они этакими высокими материями: проблемами конфликта интересов, работой механизма цитирования ретрагированных (отозванных) статей, предвзятостью в отношениях «автор — рецензент» и в составе самих рецензентов… Так и вертелся на языке вопрос: это и есть ваши проблемы? А где же «жесть»? Где массивный плагиат, где мультидисциплинарные «братские могилы», опубликование любой ереси за деньги, сборники по итогам конференций, никогда и никем не проводимых? Вот это всё наше, родное…

О массивном плагиате рассказал собравшимся Василий Власов, докт. мед. наук, профессор Высшей школы экономики, который привез на конгресс журнальный проект «Диссернета». В комментарии специально для ТрВ-Наука Василий Викторович отметил довольно невеселые вещи:

«Российская научная периодика находится в катастрофическом состоянии. Я и раньше не был слишком оптимистичен на этот счет, но после диссерне-товского анализа журналов стало совсем печально. Здесь ведь не понимают, что мы имеем дело именно с массивным плагиатом — не в размере одного-двух абзацев, а по 80% текста! Нигде проблема не достигает такого уровня, как у нас (мы не рассматриваем сейчас страны третьего мира). Если брать отдельно медицинские издания, то среди них много тех, кто продает свои страницы (до двух третей объема) под заказные статьи от производителей препаратов и тому подобного. Врачам нельзя читать такие журналы.

Что касается рецензирования и его будущего, то институт рецензирования несовершенен, отсюда и всевозможные экспериментальные его формы — открытое, постпубликационное. Даже при двойном слепом варианте хороший рецензент догадается, чья это статья, хотя на ней и не будет подписи. Перспективы открытого рецензирования тоже довольно сомнительны. По крайней мере на данном этапе в России. Тут можно провести аналогию с дискуссиями в „Фейсбуке" — уровень коммуникации окажется примерно таким же. А плагиат и фальсификации — это всё частные аспекты общественной проблемы, отсюда же и симулякры в университетах, в советах… Редакции журналов с трудом принимают какие-то изменения, сам их состав не меняется десятилетиями. Но нам всё равно надо работать и возделывать свою делянку. Стараться публиковать хорошие тексты. Тянуться к лучшим практикам».

Черное и белое

Хищнические издания по всему миру не собираются сдаваться. Тут невозможно не вспомнить про OMICS Publishing Group, как невозможно и не заметить этого монстра: начнете гуглить мероприятия или журналы в какой-либо сфере, непременно наткнетесь на OMICS. Это та самая компания, что угрожала создателю списка недобросовестных журналов Джеффри Биллу громадным иском. И та самая, на которую позже, в 2016 году, подала в суд Федеральная торговая комиссия США (аналог Общества защиты прав потребителей), что вообще произошло впервые по отношению к научному издателю [2]. Естественно, компания и тут активно отпирается, оставаясь верной своему стилю ведения бизнеса.

Агрессивный стиль, по-видимому, свойственен редакциям, не слишком разборчивым в средствах зарабатывания на жизнь (это наглядно продемонстрировал один исключенный ныне даже из РИНЦ журнал, когда не какое-нибудь скромное заимствование, а целиком украденную статью опубликовала под своим именем краснодипломница, потанинская стипендиатка. Статья, хоть с трудом, была изъята, но, как говорится, осадочек остался).

У хищнических изданий свой пул авторов и своя читательская аудитория — а точнее, ее отсутствие: такого рода тексты на чтение и не рассчитаны. По самым скромным оценкам, более 20% отечественных научных публикаций сейчас приходится на хищные издания [3]. В ловушку эту первыми попадают молодые ученые. Печатаются подробные разъяснения, по каким признакам можно отличить хищника. Но будем честны: ловушка эта не такая уж и ловушка, если в нее стремятся сами. Большинство подающих статьи в подобные издания прекрасно осознаёт, что и с какой целью подает. И до тех пор, пока людей науки будут интересовать не собственно качественные результаты научного труда, а цифры для отчетности, им будет проще идти таким вот кратчайшим путем.

После того как в этом году список Джеффри Билла исчез из доступа, всё же остается возможность проверить журналы через сайт www.beallslist.com, созданный в знак признания заслуг Билла. Также появились белый и черный списки Cabell's [4], но доступ к ним, к сожалению, не бесплатен. Зато теперь некоторые редакции гордо анонсируют включение в Cabell's, не уточняя, разумеется, в белый или черный перечень они попали. В крупных вузах есть свои собственные черные списки. Однако же нет-нет да и похвастается кто-нибудь монографией, вышедшей в псевдоакадемическом издательстве LAP Lambert.

Большое количество редакций-хищников располагается в Индии. Именно индийские исследователи привезли в Чикаго доклад «Авторство на продажу» [5]. Они проводили своего рода проверку: издателям биомедицинских журналов было разослано трогательное письмо от вымышленного профессора, якобы настолько загруженного работой, что не имеющего времени публиковаться; не найдется ли, мол, у вашего журнала парочки статей, соавтором которых за определенную мзду я мог бы быть записан? Исследование целенаправленно велось среди изданий из черного списка — видимо, с целью оценить глубину падения. Ответы поступили от 117 издательств и 35 редакций единичных журналов. Так вот, 21 ответ оказался положительным и еще 14 — в духе «мы сами напишем статью за вас!». Поступили и расплывчатые ответы, которые по смыслу можно было отнести скорее к положительным.

Котики в научной периодике

К вымышленным персонам (не говоря уже о результатах) в науке уже не привыкать. Широко известна история, как соавтором Андрея Гейма стал его хомяк H.A.M.S. ter Tisha [6]. Или как в 1975 году вышла статья под авторством кота совместно с профессором Хизерингтоном, которому просто не захотелось перепечатывать на машинке рукопись, изобиловавшую местоимением «мы» вместо «я» [7]. Некоторые могут помнить Питера Унеманна — члена редколлегии журнала Molecular Biology, издаваемого всё той же группой OMICS. Мало кого смущало, что в журнале числится этот полностью выдуманный ученый. Сейчас господина Унеманна в редколлегии нет, зато в ней обосновался его тезка Питер Дюсберг, знаменитый ВИЧ-отрицатель.

Доктор Хосс Картрайт, входящий в редколлегию Journal of Agriculture & Life Sciences, тоже фейк [8]. Для большего эффекта ему даже имя было дано известное — как у персонажа вестерн-сериала. Просто интересно: редакции хотя бы «пробивают», кто есть кто?

Постоянно приходится напоминать авторам, предостерегать их: смотрите, где вы публикуетесь, цените свои результаты. Проверяйте, действительно ли выбранный вами журнал входит в базы цитирования, как он это утверждает. Конечно, никто не застрахован от неприятнейших сюрпризов даже в солидных изданиях. На представленный на конгрессе доклад под названием «Ненадлежащее использование рукописей рецензентами» [9] группу из журнала Annals of Internal Medicine натолкнул вопиющий случай, когда их внешний рецензент украл поданную ему на оценку статью — результат пятилетней работы — и опубликовал под своим именем в другом издании. Редакционный коллектив после этого провел среди исследователей-рецензентов анонимный опрос. 26 из 1414 ответивших (2%) честно признались, что да, было дело — так или иначе использовали прочитанное в личных целях еще до опубликования. В каких именно целях? Например, скорректировать свои академические планы, ускорить или, напротив, придержать публикацию собственной работы и даже скопировать кое-какую информацию для себя. А еще 169 (12%) соглашались рецензировать работы тех авторов, с кем у них заведомо имелся конфликт интересов. Показательно в этой истории и то, что журнал не стал замалчивать поступок рецензента. В одном из выпусков и на сайте опубликовано письмо к этому человеку, начинающееся словами «Уважаемый плагиатор…» [10]. Злополучная статья была отозвана [11].

И всё же рецензентов бояться — статей не писать. В большинстве своем у этих людей нет цели потопить конкретно кого-то. Они выполняют свои обязанности «за спасибо» и надеются, что их статьи кто-нибудь так же добросовестно проверит.

Eще одно из золотых правил по версии EASE: «Уважайте авторов, информируйте их о ходе рассмотрения рукописи». Очень показательно то, как редакции общаются с авторами и вообще насколько они доступны коммуникативно. Совсем еще недавно выходил журнал «Современная литература мира» (нерецензируемый), где в условиях приема материалов совершенно серьезно было указано, что «обращаться непосредственно к главному редактору следует титульно — Ваше Высочество»…

Кстати, по сей день живет и здравствует прославившийся благодаря «Корчевателю» «Журнал научных публикаций аспирантов и докторантов». Заявляет наличие рецензирования (занимающего 1–3 дня). Нигде не индексируется, но плату за публикации брать не перестал.

Светлана Зернес

  1. peerreviewcongress.org/prc17-0305
  2. Federal Trade Commission v. OMICS Group Inc.
  3. Ростовцев А. А. Российская и международная практика выявления недобросовестных журналов и авторов // Научный редактор и издатель. 2017. 2 (1). С. 30–37.
  4. Cabell's Scholarly Analytics
  5. peerreviewcongress.org/prc17-0154
  6. Geim A. K. and H.A.M.S. ter Tisha. Detection of Earth rotation with a diamagnetically levitating gyroscope // Physical B. 2001. Vol. 294–295. P. 736–739.
  7. Hetherington J. H. and F. D. C. Willard. Two- , Three- , and Four-Atom Exchange Effects in bcc 3He // Phys. Rev. Lett. 1975. Vol. 35. Iss. 21. P. 1442.
  8. Journal of Agriculture & Life Sciences
  9. peerreviewcongress.org/prc17-0151
  10. annals.org/aim/article/2592773/dear-plagiarist-letter-peer-reviewer-who-stole-published-our-manuscript
  11. www.st-va.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/27932940

Источники

Рецензирование — открыть, «хищников» — закрыть
Троицкий вариант - Наука (trv-science.ru), 28/11/2017

Похожие новости