Булгаковская фраза о том, что человек не просто смертен, а смертен внезапно, справедлива для отдельно взятого индивида. В массовом же, демографическом аспекте налицо явные закономерности и тенденции. 

О них рассказывали участники международного семинара «Исторические и современные тренды заболеваемости и смертности», организованного Европейской ассоциацией по изучению народонаселения, Институтом истории СО РАН и Новосибирским государственным университетом.

Долгожданная старость

Двадцатый век вошел в историю человечества не только как эра революций и мировых войн, тоталитаризма и деколонизации, научно-технологического рывка и начала освоения космоса. Именно в прошлом веке население Земли получило то, о чем оно всегда так мечтало — долголетие. Несмотря на глобальные и локальные катаклизмы, за последние 100 лет средняя продолжительность жизни (СПЖ) на планете в целом возросла фактически вдвое, и в 41 стране перевалила за 80 лет (на первом месте, кстати, Монако — 89,5). В целом доля землян, умирающих в возрасте старше 35 лет, сдвинулась с 40 до 90 процентов.

Профессор Йон Ансон из Университета имени Давида Бен-Гуриона (Израиль) отметил: «Последние 50-60 лет мы наблюдаем второй переход смертности. Те из нас, кто родился в течение этого срока, не могут представить ситуацию, существовавшую до этого. Всего сто лет назад более 20% детей не доживали до 5 лет». Быстрое снижение младенческой и детской смертности на рубеже XIX-XX веков Й. Ансон назвал первым переходом, а, соответственно, вторым — значительную задержку срока умирания в преклонном возрасте ближе к концу минувшего столетия. «Именно благодаря этому мы все собрались живыми в этом зале, — констатировал израильский профессор. — И есть точка зрения, что если наше поколение не доживет до 100 лет, то этого достигнут наши дети». Разумеется, речь шла не о конкретных людях, а о средних показателях развитых стран.

Одной из главных причин второго перехода Йон Ансон считает значительный прогресс медицины (особенно в борьбе с сердечно-сосудистыми заболеваниями), а общим фундаментом увеличения СПЖ — рост благосостояния, снижение неравенства, улучшение экологической обстановки и так далее. Впрочем, процесс носит нелинейный характер: удаление смертного рубежа всё же ограничено ресурсом человеческого организма. «Пока на максимальном возрастном отрезке динамики фактически нет, — отметил профессор Университета Бен-Гуриона. — И в возрасте 110 лет никого из нас уже не будет, а чтобы сосчитать тех, кто доживет во всём этом большом городе, хватит пальцев на двух руках».

Помимо перехода смертности, у исследователей в ходу более широкое понятие — демографический переход как смена типа воспроизводства населения. И он тоже приходится на вторую половину ХХ столетия. Первая перепись населения России 1897 года дала СПЖ в 30-32 года — разумеется, не за счет массовой убыли в цветущую пору, а из-за массовых смертей в детстве и тем более грудном возрасте. Доктор исторических наук Владимир Александрович Зверев из Института истории СО РАН рассказал о жизни крестьян Западной Сибири начала прошлого века. Картина была характерной для традиционного общества: многодетные семьи, высокая младенческая и детская смертность, особенно среди переселенцев. В первый год после приезда в Сибирь из них, в любом возрасте, умирал каждый десятый, в следующие 12 месяцев этот показатель снижался до 4-6%. У городского же населения смертность в 1902-1913 годах плавно сокращалась — в основном как раз за счет выживания детей. «Налицо было развертывание первой фазы демографического перехода», — констатировал Владимир Зверев. Медленно, но верно ключевым фактором стабильности народонаселения становится не высокая рождаемость, а рост СПЖ.

По переписи 1939 года средняя продолжительность жизни в СССР (с учетом всех тогдашних республик) составила 47 лет: показатель, достигнутый в основном за счет борьбы с детской смертностью. А в 1947 году случилось не очень замеченное историками событие: Зинаида Виссарионовна Ермольева,  разработчик отечественного пенициллина, организовала его массовое производство, а в 1960-м — получила противовирусный препарат интерферон. Как сказал по этому поводу доктор исторических наук Владимир Анатольевич Исупов (ИИ СО РАН), «…наша демографическая история очень сильно зависит от недемографических факторов». Когда простудные и вирусные заболевания стали менее опасными, средняя продолжительность жизни стала быстро увеличиваться, достигнув уже в 1958 году показателя, близкого к среднеевропейскому — 65 лет.

Здесь необходима важная оговорка. Основным (но не единственным) массовым статистическим материалом для демографов служат таблицы, составленные на основе записей актов гражданского состояния: рождения, брака (развода) и смерти. В них практически не попадают потери, связанные с войнами, стихийными бедствиями и т.п. Кроме того, в определенные периоды истории регистрирующие органы функционируют плохо или вовсе исчезают, как это было в России в годы гражданской войны. Демографам приходится работать с тем, что есть в наличии: источники признаются заведомо корректными и достаточными, иначе анализ лишается смысла. Как образно выразился профессор Й. Ансон, «у нас нет чаши Священного Грааля, но и добрый стакан вина тоже неплохо служит». К тому же у исследователей есть методики статистических реконструкций: известный демограф Болеслав Яковлевич Смулевич после I мировой войны доказательно восстановил СПЖ граждан Российской империи на 1914 год.

​Советский образ смерти

Как известно, в последнее время стала модной ностальгия по СССР — не государству, а образу жизни: бесплатной медицине, комсомольской романтике, плановой экономике и газированной воде с сиропом по 3 копейки… Историки, социологи, демографы рисуют картину более взвешенную. Да, отсутствие масштабных войн и репрессий, рост благосостояния, массовое жилищное строительство, улучшение медицинского обслуживания, развитие ЖКХ (то же хлорирование воды) и другие факторы изменили картину смертности в лучшую, если так можно выразиться, сторону.

Но в контексте советского «изобилия продовольственных товаров» усиливается значение одного из них. А именно — алкогольных напитков. Кстати, первые данные об их среднедушевом потреблении в СССР появились только в 1988 году. Но и другие материалы демонстрируют, что советский человек мало заботился о собственном здоровье и долголетии. Не только пил, но и повсеместно курил, а про питание и говорить не приходится. При том, что, по мнению кандидата исторических наук Одона Борисовича Дашинамжилова (ИИ СО РАН), «…срок жизни в современную эпоху не менее чем на 50%, зависит от поведения и собственных усилий человека — так называемых жизнесберегающих действий».

Доктор исторических наук Людмила Николаевна Славина из Красноярского педагогического университета им. В.П. Астафьева рассказывала о действиях жизнепрерывающих: темой ее доклада была смертность от внешних воздействий в восточносибирской (включая Красноярский край) деревне в 1950-х - 1990-х годах. Если в 1960-м году убийства, самоубийства, отравления, ДТП, утопления, пожары и прочее в Восточной Сибири и РСФСР в целом давали практически равный показатель смертности на селе (около 100 случаев на 100 000 населения), то к олимпийскому 1980-му году в Красноярском крае эта цифра выросла до 264 и заметно превысила среднероссийскую. Но лидером со знаком минус стала Тува. Уже в 1960-м от  внешних причин там погибало 118 человек из 100 000 — больше, чем на любой другой территории и в среднем по Восточной Сибири (100). Более того: с советского времени этот вид смертности является в республике самым массовым, унося больше жизней, чем сердечно-сосудистые или онкологические заболевания.

Структура таких смертей весьма примечательна. 63 процента приходится на людей трудоспособного возраста без зримого преобладания какой-либо возрастной группы и пола. По типам: 13,6% составляют утопления, 16% — самоубийства, 25,2% — «прочие немеханические травмы и отравления», больше же всего людей в деревнях Красноярского края (речь идет об этом регионе) погибало от «механических травм непроизводственного характера». Если перевести с казенного языка на человеческий — в пьяных ДТП. Именно пьяных. То же относится к утоплениям и всему прочему. Самые ранние случаи смерти от алкогольного отравления — восьмилетний мальчик и девочка 14-ти лет. «Брежневский период был временем не стабильности, а застоя и бедности,— констатировала Людмила Славина. — Произошла всеобщая алкоголизация деревни, и наше село вступило в постсоветский период в крайне тревожном состоянии. Оно по сию пору воспроизводит саморазрушающее поведение с потрясающей быстротой».

Ребята, давайте жить дольше

К демографической политике нынешней российской власти исследователи (не все, но многие) относятся критически. «Сегодня участились утопические причитания о постоянном, пожизненном и многодетном браке, — отметил В. Зверев, — тогда как в развитых странах решение демографических проблем переносится в сферу заболеваемости и смертности». Да, российский показатель СПЖ не так уж плох. В 2016-м он достиг исторического максимума в 72,1 года. Но это как раз та самая среднебольничная температура, весьма неинформативная в плане социального здоровья.

Начнем с того, что для женщин СПЖ составляет 77,3, а для мужчин — 67 лет. Эта огромная разница связана, разумеется, не с физиологической уязвимостью сильного пола, а всё с тем же неистребимым пьянством, приносящим не только смерти от внешних причин, но и целый букет летальных заболеваний — инфаркты, инсульты, цирроз печени, панкреатит и  прочие. Во-вторых, СПЖ очень разнится по регионам России, чётко коррелируя с уровнем их социально-экономического развития. Кандидат географических наук Сергей Андреевич Тимонин (Международная лаборатория населения и здоровья ВШЭ) отметил: «В Российской Федерации явственно прослеживается территориальная разница в средней продолжительности жизни и основных причинах смертности даже на коротком отрезке времени, 2003-2014 годах». В числе «долгожительских» субъектов московский исследователь ожидаемо назвал Москву, Санкт-Петербург и Северо-Кавказский федеральный округ (рассказы об аксакалах подтверждены статистикой), а наименее пригодными для долголетия оказались Чукотка и Магаданская область.

​Но все антирекорды по-прежнему бьет ставшая Тывой Тува. СПЖ здесь всего 62 года, смертность от внешних причин так и осталась на первом месте, но составляет уже не 118, а 308 случаев на 100 000 населения. Республика лидирует в России по смертности в ДТП (38,5 на 100 000), от убийств (33 на 100 000) и занимает второе место по самоубийствам (19,5 на 100 000). Тыва сегодня — очень «молодой» регион за счет самой низкой в стране продолжительности жизни и самой высокой рождаемости, что еще раз подтверждает тезис об утопичности упований на исправление демографической ситуации за счет многодетной семьи. Ситуацию в Тыве доктор экономических наук Светлана Владимировна Соболева из Института экономики и организации промышленного производства СО РАН объяснила  особенностями этнического менталитета («тувинский фатализм») и крайне низким уровнем социально-экономического развития, особо выделив «высокую алкоголизацию этой территории».

А для деалкоголизации есть непопулярное, но проверенное средство — запреты. Доктор медицинских наук Юрий Аркадьевич Григорьев из новокузнецкого НИИ комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний с цифрами на руках показал, как сработала горбачёвская антиалкогольная кампания, «самый массовый эксперимент над населением».  Только за 1984-86 годы средняя продолжительность жизни в городах Новосибирской области выросла на 3 года, в Томской — на 3,8 года (Егор Кузьмич Лигачёв в ту пору уже ушел на повышение в Москву, но его радикальная антиалкогольная политика, вплоть до запрета на ввоз спиртного в регион, продолжалась). В частности, Юрий Григорьев продемонстрировал прямую связь снижения в те же годы смертности от убийств и уменьшения количества смертей в состоянии опьянения (точнее, с  заметным содержанием алкоголя в крови). Одон Дашинамжилов привел более близкий пример: введение в ряде регионов запрета на продажи спиртного в позднее время суток быстро сказались на росте СПЖ.

Однако есть два «но». Во-первых, как сказал Юрий Григорьев, «даже если алкоголя в обществе очень мало, люди от него всё равно гибнут». Во-вторых, на «жизнесберегающие действия» приходится только 50%, а вторая половина — на внешние факторы. И даже если по-лигачёвски строго «осушить» ту же Тыву, демографическую ситуацию это улучшит лишь отчасти. Сибирские экономисты, социологи, демографы, этнологи неоднократно заявляли о необходимости пересмотра взаимоотношений федерального центра и регионов, прежде всего — бюджетных. Пока субъекты ДВО и СФО будут оставаться просителями, а не распорядителями ресурсов, о приросте населения и увеличении СПЖ остается только мечтать. И слушать по центральному каналу очередные заклинания о любви и верности.

Андрей Соболевский

Источники

Наука о неизбежном
Наука в Сибири (sbras.info), 24/07/2017

Похожие новости

  • 02/11/2017

    Международная научно-практическая конференция «Коммуникативная культура: история и современность»

    ​​​VII Международная научно-практическая конференция «Коммуникативная культура: история и современность» пройдет в Новосибирском государственном университете 3 ноября. В рамках конференции пройдет пленарное заседание, на котором выступят: Дмитрий Владимирович Березняков (Сибирский институт управления – филиал Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ).
    222
  • 02/08/2017

    Исторические и современные тренды смертности и заболеваемости обсудили в Новосибирске

    ​С 19 по 21 июля в Новосибирске состоялся Международный научный семинар «Исторические и современные тренды смертности и заболеваемости». Мероприятие было проведено Институтом истории СО РАН совместно с Европейской ассоциацией по изучению народонаселения и Новосибирским государственным университетом.
    345
  • 30/10/2017

    Итоги работы конференции «Великая Октябрьская социалистическая революция: мифы и реальность»

    ​В Новосибирске завершилась конференция «Великая Октябрьская социалистическая революция: мифы и реальность». 28 октября в зале Президиума СО РАН в Академгородке собрались историки из разных городов России, чтобы обсудить роль Великой Октябрьской Социалистической революции в российской и мировой истории.
    395
  • 19/08/2016

    Конференция по актуальным проблемам исторических исследований пройдет в Новосибирске

    ​Новосибирский государственный университет, Институт истории СО РАН и научно-образовательный центр «Историческое сибиреведение» проводят 25–27 августа 2016 года Всероссийскую молодежную научную школу-конференцию «Актуальные проблемы исторических исследований: взгляд молодых ученых».
    1164
  • 28/02/2017

    В Новосибирске пройдет историко-научная конференция «Революция 1917 года в России: причины и предпосылки»

    ​1 марта, в Новосибирске состоится историко-научная конференция «Революция 1917 года в России: причины и предпосылки», в которой примут участие мэр Анатолий Локоть, ведущие учёные-обществоведы из академических учреждений и высших учебных заведений города.
    1158
  • 19/05/2017

    II Всероссийская молодежная историческая школа-конференция «Актуальные проблемы исторических исследований. Взгляд молодых ученых»

    Новосибирский государственный университет совместно с Институтом истории Сибирского отделения Российской академии наук 14-16 сентября проведут II Всероссийскую молодежную научную школу-конференцию «Актуальные проблемы исторических исследований.
    599
  • 23/10/2017

    Научно-практическая конференция «Русская революция 1917 г. Люди и судьбы»

    ​24 октября 2017 г. в 10-00 в большом зале РДК им.Ленинского Комсомола г. Искитима пройдет районная научно-практическая конференция  «Русская революция 1917 г. Люди и судьбы». Программа районной научно-практической конференции «Русская революция 1917 г.
    220
  • 05/06/2016

    «Третья миссия» университета в современной России: новации и интеллектуальные традиции: V Сибирский философский семинар

    И​нститут философии и права НГУ совместно с Институтом философии и права СО РАН и Ассоциацией философских факультетов и отделений проводит Всероссийскую научную конференцию V Сибирский философский семинар «Третья миссия» университета в современной России: новации и интеллектуальные традиции».
    1380
  • 15/09/2017

    В НГУ начала работу школа-конференция «Актуальные проблемы исторических исследований: взгляд молодых ученых»

    ​14 сентября начала свою работу Всероссийская молодежная научная школа-конференция «Актуальные проблемы исторических исследований. Взгляд молодых ученых», проводимая НГУ совместно с Институтом истории СО РАН и Российским историческим обществом.
    241
  • 27/05/2016

    НГУ - в числе базовых университетов для реализации Национальной технологической инициативы

    Проект развития Новосибирского государственного университета, представленный в конце апреля 2016 года на форуме «Экосистемы инноваций: университеты и научные организации», организованном «Российской венчурной компанией» («РВК»), вошел в список победителей конкурса «Университет для НТИ».
    1519